МАРК СОЛОНИН И ПРАВИЛЬНЫЙ ВОПРОС
У Юрия Мухина — главного редактора газеты «Дуэль» — есть идея, которую он считает радикальной для завоевания власти и построения нового общества. Эта идея заключается в принятии Закона о суде народа над властью. “Сам избрал — тебе судить” — так эта идея звучит в виде лозунга. Является ли эта идея идеей?
Любая новая идея должна быть действительно новой. Является ли эта идея новой? Это во-первых. Во-вторых, если идея направлена на решение каких-то практических задач, она должна быть обоснована, т. е. намечен план, как ее практически реализовать и как она увязана с другими сторонами того, к чему относится идея.
Возьмем сначала новизну. Является ли эта идея новой? Безусловно, нет. Это частный вариант очень старой идеи об ответственности власти перед народом. Проблема заключается в том, как реализовать эту идею на практике. Вот Ю. Мухин предлагает: каждый год избиратели судят своего депутата и, если он выполняет свои предвыборные обещания, — награждают его, если нет — наказывают. Части народа такая идея несомненно понравится, хотя многие будут за более мягкие формы контроля.
В принципе, любая власть, за исключением диктаторской, декларирует идею ответственности власти перед народом: ну например, отзыв депутатов, обязательные перевыборы через 3–5 лет. Так что Мухин предлагает только более жесткую форму ответственности и, если бы дело дошло до реализации его варианта, то не исключено, что это тоже могло бы превратиться в формальность.
Мухинский вариант, конечно, должен понравиться части населения, учитывая безответственность нынешней власти. Однако большая часть отмахнется от него как нереального, и будет права. Во-первых, есть другие, более простые формы контроля, но дающие тот же эффект. В Венесуэле, например, избиратели получают информацию о том, как проголосовал их депутат по тому или другому вопросу и при несогласии могут пойти на избирательный участок и забрать свой голос. Если венесуэльский вариант пополнить еще дополнительными показателями контроля, то он окажется эффективнее при большей простоте и оперативности.
Во-вторых, и это тоже важно, мухинский вариант не способствует привлечению во власть компетентных, порядочных людей. Как правило, во власть идут (лезут, как говорят в народе) люди тщеславные, карьеристы, малокомпетентные, но с амбициями. А вот те, кто действительно там нужен, во власть, как правило, не рвутся. Умный, честный, компетентный человек скромен и критически относится к своим возможностям. Он предпочитает добросовестно трудиться на своем месте, где он считает себя наиболее пригодным и где он, несомненно, принесет пользу обществу. И он, во всяком случае, не будет заниматься саморекламой и давать нереальные обещания. В случае, если он все же, например, решается баллотироваться в депутаты, то он проигрывает по этому показателю в глазах избирателей.
Запугивание судом народа вряд ли добавит решимости такому человеку идти в выборные органы. Но, может, Закон о суде народа остановит карьеристов, людей некомпетентных и тщеславных и вообще всякую дрянь? Наверное какую-то часть наиболее осторожных из них он и остановит, но всех вряд ли. Ведь, например, тщеславный, но некомпетентный человек не считает себя некомпетентным. В крайнем случае он будет ориентироваться на большинство. То же относится к карьеристам, авантюристам, не говоря уже о врагах.
Допустим, что после нескольких чисток в выборные органы придут честные, добросовестные середняки. Причем, искренне считающие, что они будут выполнять волю народа, свои предвыборные обещания. И может оказаться, что часть из них будет невыполненной, т. к. выяснится, что они нереальны или не продуманы до конца. Ведь народ может пожелать, как поет Тимур Шаов: “Значит, чтобы к Пасхе обогнали США”.
Обещания такого рода уже были в Советское время. Что же, намерения у депутатов, да и у власти в целом, были самые искренние, а кончилось все конфузом. И этих честных, порядочных людей надо судить?
К чему мы пришли: мало привести в выборные органы честных и порядочных людей, надо чтобы это были максимально компетентные люди, не боящиеся идти против определенных желаний народа, если последствия от их выполнения окажутся отрицательными. Задача, таким образом, состоит не в запугивании потенциальных кандидатов судом народа, а в создании условий, когда честные, нравственно здоровые и компетентные люди поймут необходимость вхождения их во власть и приложат к этому все силы. И тогда изоляция власти от всякой швали решится сама собой. И, в заключение, о реальности воплощения идеи о суде народа над властью. Чтобы ее реализовать, необходимо, чтобы власть была взята сторонниками этой идеи. Никакие выборы такую задачу не решат в условиях нынешней России.
