Где, черт возьми, я была?
Как долго я была без сознания?
Почему мои глаза все еще отказывались открываться, а тело было таким тяжелым и онемевшим?
В голове у меня все еще был туман, а мысли словно пробирались сквозь патоку, чтобы окончательно оформиться и обрести хоть какой-то смысл.
После того, как я, кажется , целый час пыталась заставить свои веки открыться, они, наконец, начали открываться и, по крайней мере, свет в комнате , дал мне небольшую подсказку о том , как долго я была без сознания.
Была поздняя осень.
Дни стали короче.
Значит, это было где-то между полуднем и половиной пятого или пятью минутами пятого. Это был не такой уж короткий промежуток времени, но все же что-то значило.
Достаточно ли долго меня не было, чтобы Брок начал беспокоиться?
Он уже выследил машину? Был ли он на пути, чтобы спасти меня?
— Если ты думаешь, что твой новый следователь найдет тебя , — сказал Ричи, заставив меня обернуться и увидеть его сидящим в кресле из папье-маше возле стены с окнами, выкрашенными в разные цвета, из-за чего невозможно было разглядеть мир снаружи, — ты ошибаешься. Ненавижу сообщать плохие новости, но я оставил машину на той стоянке, — сказал он, отчего мое сердце сжалось в груди.
Потому что эта машина была буквально единственной вещью, которая позволила Броку найти меня.
Я имею в виду, если бы мне и в голову не пришло заподозрить Ричи, каковы были шансы, что Брок заподозрит?
— Кммлллл , — пробормотала я, нахмурив брови из-за невнятного звучания своего голоса. — Кммлллл , — попыталась я снова.
«Кэм скажет ему , — вот что я пыталась сказать. — Кэм скажет ему, что у нас не была назначена встреча за ланчем ».
Когда Брок вернется домой и не увидит меня там, не сможет дозвониться до меня по телефону, он обязательно свяжется с Кэмом, так как верил, что я была с ним.
Кэм бы все прояснил.
Брок нашел бы какой-нибудь способ найти Ричи. Я ни на секунду не сомневалась в нем.
Проблема была в том, сможет ли он найти меня достаточно быстро. Прежде чем Ричи выкинет что-нибудь безумное.
Я поняла свою роль в этом деле.
Какая женщина не слышала о том, как она должна была вести себя в ситуации, когда ее похищали?
Предполагалось, что вы должны были постараться вести себя по-человечески по отношению к ним, в то же время, пытаясь сочувствовать им и их мотивам причинить вам боль.
Но мой проклятый голос не слушался.
Как я могла попытаться отвлечь его и продолжить разговор, если мой язык был тяжелым и бесполезным во рту?
Может быть, если я смогу сосредоточиться , то мой мозг заработает как надо, и тогда мои губы, язык и голосовые связки заработают в унисон.
Хорошо.
Сосредоточься.
Комната.
Кирпичные стены и цементный пол были слегка незаконченными. Но они не были типично серыми. Или, скорее, они были не только типично серыми. Они были окрашены в оттенки розового, желтого, зеленого и синего.
Краска?
Да, краска.
Таким был запах, который я заметила раньше.
Другой запах, сильный, вызывающий головную боль, принадлежал растворителю для краски с кистями.
Подняв взгляд, я увидела мольберт и большие холсты, разбросанные повсюду.
Это были просто… пятна. Абстрактные.
Они были не в моем стиле, поэтому я сразу подумала, что они не очень хороши.
Но были ли они сделаны Ричи?
Это была его… студия?
Я смутно припоминаю, что Кэм упоминал о том, что пытался поощрять увлечения Ричи, поскольку как он думал, тот все еще не «нашел свой путь в жизни».
Он, таким образом, поощрял это? Сдавая ему студию, чтобы тот там работал?
Даже частично отделанное помещение в городе стоило дорого. Что свидетельствовало о том, как сильно Кэм заботился о своем парне.
Я ничего не могла с собой поделать.
Мое сердце немного сжалось за Кэма, из-за правды, с которой ему придется столкнуться, независимо от того, выживу я или нет. Как он будет винить себя. Особенно потому, что я взяла на себя вину за решение, которое в итоге он принял. За мечту, которую он разрушил.
Если бы Кэм не настоял на том, чтобы положить этому конец, я, вероятно, согласилась бы на этот процесс, но вложила бы в него лишь минимальную сумму денег, так что никто никогда по-настоящему не увидел бы этой рекламы. Просто чтобы успокоить человека, который много значил для мужчины , который имел большое для меня значение.
— Кэм, — пробормотала я, не очень-то намереваясь, но, по крайней мере, это прозвучало внятно.
— А что с ним? — спросил Ричи, вертя что-то в руке, и мне потребовалась целая секунда, чтобы понять, что это был.
Нож.
Мог ли это быть тот самый, которым он порезал меня?
Он хранил его как сувенир?
Как он собирался применить его на мне в этот раз?
Конечно же, он не собирался просто перерезать мне снова запястье. В таком случае он не стал бы накачивать меня наркотиками и связывать.
Говорит ли это о том, что его рассудок пошатнулся?
Лучше это или хуже для меня, если я буду тянуть время?
— Я… я… он в порядке?
— А почему бы и нет? — спросил Ричи, не обращая на это внимания.
Я даже не осознавала , что думаю об этом, прежде чем они сорвались с моих губ.
— Потому что именно он посоветовал мне уволить тебя.
Когда это прозвучало, уже ничего нельзя было изменить.
