— Пап, вот только не ври себе, хорошо? Когда мы с Ленкой занимались Люком, пока ты не обращал на нас никакого внимания, когда мамы не стало, мы тоже не знали, как нужно его воспитывать. Но, чёрт, мы справились. Просто не мешай, хорошо? И хоть иногда просто говори ему, что он хорошо справляется и ты им гордишься. Всё, большего от тебя не требуется.
Ален стоял, опустив голову. Сердце парня бешено колотилось — он впервые высказал отцу то, о чём привык молчать, либо говорить дозировано, сглаживая углы.
Отец сжимал и разжимал кулак. Он никогда не бил детей, но подобных конфликтов на ферме не было. Марсель уже представлял, как Лена будет мазать синяк каким-нибудь тональным кремом, чтобы он выглядел прилично на встрече, и готовился.
— Ты прав, — глухо отозвался Ален. — Я ужасный отец, и я не справился.
Его слова взорвались в сознании сильнее, чем если бы Ален всё же врезал ему за то, что посмел высказать отцу всё, что накопилось за долгие годы.
— Я должен извиниться перед тобой, перед Леной и Люком. И я сделаю это. Марс, прости меня.
Теперь уже Марсель не знал, что делать. Такой сценарий он даже не рассматривал — ни одна возможная реакция не была припасена.
В амбаре снова повисло молчание. Лишь урчание и щелчки внутри измельчителя раздавались в тишине.
— Пап, я… я тебя не виню. И тебе не за что извиняться передо мной.
— Нет, мне, чёрт возьми, есть за что извиняться! Особенно перед тобой! — снова обрушил кулак на жалобно скрипнувший измельчитель отец.
— Да хватит уже, пап! Сломаешь же! — прикрикнул Марсель.
— Марс, да хрен с этой чёртовой колымагой! — закричал Ален в ответ. — Ты сам столько просил избавиться от неё.
— И что? Ломать её теперь, когда ты не можешь эмоции свои сдерживать?!
Ален шумно вдохнул, так же шумно выдохнул и, чуть спокойнее, проговорил:
— А то, что я согласился на переговоры с тем перерабатывающим заводом…
Марсель не поверил своим ушам.
— Ты что сделал?
— Да. И договариваться поедешь ты, ведь я ничерта не смыслю в этих их графиках и таблицах и снова всё испорчу.
Парень пытался переварить сказанное отцом.
— Пап, извинений было более чем достаточно. Ты уверен, что..?
— Да, я уверен, Марс. Мне давно пора было дать вам заправлять тут. В конце концов, я уже старый и больной, да и нихрена не разбираюсь в том, что сейчас важно для семейного бизнеса. Я умею только собирать грибы, но и с этим автоматика справляется лучше меня.
Дверь в амбар внезапно распахнулась, и на пороге появилась Лена с двумя большими термостаканами в руках.
Отец с сыном синхронно уставились на гостью, которая с невозмутимым видом двигалась в их направлении.
— Думала, мальчики, вам не помешает домашний кофе, — раздавая стаканы, мягко сказала сестра. — Так… тебе без кофеина, держи.
Ален молча взял свой стакан. Он терпеть не мог кофе без кофеина, но врач рекомендовал — сердце уже давало о себе знать, особенно после смерти матери.
— Спасибо, Лен, — от души сказал Марсель, благодаря сестру не только за принесённый кофе.
Она лишь хитро подмигнула, едва заметно улыбнувшись.
***
Сидя за рулём своего пикапа, Марсель гнал по шоссе – нужно было добраться до города к назначенному времени. Он не любил опаздывать, а особенно на такое важное мероприятие.
Его первая деловая встреча. Его первый день в новом статусе.
Утренние события перевернули всё.
Парень лишь рассмеялся бы в лицо тому, кто рассказал бы ему о том, чего они достигли в отношениях с отцом за одно утро. Ворох проблем, копившийся годами, не исчез, и Марсель чётко осознавал, что им предстоит ещё много трудиться, чтобы наладить атмосферу в доме, но первый шаг был сделан.
Ален лично провожал его в дорогу, отказавшись ехать даже в качестве сопровождающего. Лишь проворчал что-то насчёт «чёртовых корпоратов», похлопал Марселя по плечу и отправился в главный тепличный купол – собирался повозиться с системой ирригации до возвращения Люка из школы. Им предстояла долгая беседа, и Марсель очень надеялся, что у отца всё получится.
Перед отъездом он перекинулся парой слов с сестрой, и та сказала, что на этот раз будет рядом, если понадобится вмешаться. Как утром, когда она принесла кофе им с отцом, который, казалось бы, уже не мог удивить Марселя ещё больше, но он это сделал.
— Марс… — взяв его за плечо, начал отец, — Я давно должен был тебе сказать об этом, но я не мог, и это была моя ошибка. Я сделал много ошибок, и, чёрт возьми, мне нужно остановиться, пока ещё есть время…