И вот теперь она должна была сама передать в руки врагов своего народа недостающие доказательства их правоты. В постклассический период ацтеки правили Мексикой триста лет. Они создали уникальные произведения искусства и архитектуры, полностью модернизировали систему торговли по всей мезоамериканской территории. Но спросите любого, что ему известно об ацтеках, и каннибализм с человеческими жертвоприношениями будет назван в первую очередь. Словно ничего другого не было вовсе. Теперь то же самое случится с историей аборигенов-майя — все великие достижения ее предков окажутся в тени нового открытия. Для остального мира майя станут народом, обожествлявшим богомолов за то, что их самки поедали головы самцов. Станут людьми, приносившими в жертву детей, чтобы питаться их телами.
— Но ведь это продолжалось на протяжении сотен тысяч лет.
Это Стэнтон разыскал ее в фойе. Он задержался в музее на все те сорок восемь часов, пока она, Виктор и Роландо завершали реконструкцию и перевод последней части рукописи. И она была благодарна ему. После сделанных ими открытий его присутствие действовало успокаивающе.
— Свидетельства каннибализма встречаются в истории каждой крупной цивилизации, — продолжал он. — На островах Папуа — Новой Гвинеи, в Северной Америке, в Карибском бассейне, в Японии, в центральной части Африки, откуда, кстати, изначально вышли предки всех нас. Генетические маркеры, оставшиеся в ДНК народов всего мира, дают основания предполагать, что на ранних этапах истории все люди питались телами себе подобных.
Чель снова посмотрела на стеклянный «глаз» в камне. Ниже по склону были видны окна библиотеки со многими тысячами редчайших изданий, рисунков и фотографий, собранных по всему миру. И у каждого раритета была своя, иногда очень сложная «биография».
— Вы слышали об Атапуэрке? — спросил Стэнтон.
— Кажется, это в Испании, верно?
— Да. Это место, где были обнаружены древнейшие останки первобытных людей в Европе, — сказал он. — Так называемая Гран Долина. В числе прочего там найдены скелеты детей, которых употребили в пищу. Так что предки конкистадоров делали это задолго до ваших. Дойти до полного отчаяния и совершить немыслимое, лишь бы накормить семью, — это очень по-человечески. С незапамятных времен люди были готовы на все, чтобы элементарно выжить.
Полчаса спустя Стэнтон вместе с Чель, Роландо и Виктором уже снова примостились на стульях, расставленных по всей лаборатории, где они почти безостановочно проработали всю минувшую ночь. Стэнтона больше всего сейчас занимала одна из фраз, сказанных писцу правителем:
Стэнтон вообразил себе огромную древнюю кухню, где эти двое тогда стояли. И у него мгновенно родилась жутковатая ассоциация со скотобойнями и разделочными цехами, которые ему самому приходилось инспектировать за последние десять лет. Связь между каннибализмом и возникновением заболевания была ему ясна: «коровье бешенство» развилось, когда фермеры начали скармливать своим коровам мозги других коров; ФСБ породил доведенный до отчаяния правитель, который позволил своим подданным употреблять в пищу пораженные прионами человеческие мозги.
— Неужели болезнь могла заразить могильник на такой длительный период? — спросил Роландо.
— Прионы живут тысячелетиями, — объяснил Стэнтон. — Они затаились и ждали в недрах захоронения, как бомба с часовым механизмом.
Однако Волси сам привел ее в действие, в этом не приходилось сомневаться. Проникнув в мавзолей, он поднял в воздух пыль, а потом занес ее себе в глаза.
— Но если верить Пактулю, — вмешался Виктор, — болезнь поражала только тех, кто ел человеческие останки. Ясно, что Волси не был каннибалом. Как же случилось, что ФСБ стал аэробной инфекцией?
— Прионы в высочайшей степени подвержены мутациям, — ответил ему Стэнтон. — В них словно самой природой заложено стремление меняться. Их высокая концентрация в той могиле, да еще за тысячу лет, могла породить нечто совершенно иное, что-то гораздо более сильное.
Он просмотрел другой фрагмент в поисках еще одного отрывка.
