– А что тут понимать? – усмехнулся Леонид Сергеевич. – Совершенно очевидно, что ты вчера ночью достойно встретил двух отъявленных головорезов. Надеюсь, подробности еще впереди… Но как ни крути, налицо двойное убийство. Русский дипломат устроил бойню! Представляешь, как прозвучит в прессе?
– Вот именно. Тем более что впопыхах я здорово наследил. По следам моей крови на ковре местные сыщики наверняка догадаются, что я ранен. И кто знает, может, у них на меня в досье что-то имеется. Та же кровь, к примеру… Вот почему мне надо испариться не только из этой квартиры, но и из Лондона. Плюс ко всему надо срочно доложиться Кушакову. Ну и обо всем другом. Вы, кстати, уже просмотрели «совушку»?
– Нет. Как я мог без твоего разрешения? И что особо ценного она содержит, эта птичка? – поинтересовался Леонид Сергеевич.
– Ну я же вам говорил. На ней предсмертные записки Люсинова. Можно сказать, это своеобразный «черный ящик», открыв который, мы разгадаем тайну гибели Вадима. За этой штучкой вот уже неделю, а то и больше охотятся наши конкуренты.
– Интересно, конечно, почитать откровения твоего бывшего коллеги по «Ибису», – задумчиво произнёс Мацкевич, – но сейчас не время и не место.
– Увы, к сожалению, вы правы. – Свиридов глубоко вздохнул. – Во всей произошедшей истории мне непонятно одно – почему и кто всё-таки хотел меня устранить? Вряд ли такую пакость могли затеять люди Кушакова. Если мы ответим на вопрос «почему?», то, вероятно, сможем догадаться, кто заказал меня.
– Скорее всего, твои скрытые враги опасались, что ты сумеешь докопаться до истины. Что их, очевидно, никак не устраивало, – подхватил его мысль Мацкевич. – Поэтому закономерно возникает другой вопрос: только ли в гибели Люсинова собака зарыта?
– Вот-вот. Я постоянно о том же думаю… – Игорь откинулся на подушки.
– Интуиция подсказывает мне, что корни трагической эпопеи с отравлением Люсинова, покушением на тебя и прочим кроются вовсе не в Лондоне, а в Москве. Мой диагноз, сынок, такой, – заключил отставной полковник.
– Возможно. Вполне возможно. Но как добраться до Москвы, когда на хвосте у меня, наверное, весь контингент сыщиков Лондона? Плюс ко всему я по собственной глупости умудрился нарваться на пулю. Как-то всё нелепо произошло! Ума не приложу, что делать, а времени в обрез. – Игорь не скрывал крайней озабоченности создавшейся ситуацией.
– У меня есть одно весьма интересное предложение. Вернее, оперативный план, как можно нелегально покинуть остров. Но в нем присутствуют и мои друзья, – сообщил Мацкевич, бросив испытующий взгляд на Интеграла.
– Опять вы о своих друзьях! Прибегнуть к их помощи? При том, что с самого начала я был обязан действовать исключительно один? Нет, невозможно. Хотя бы даже по этическим соображениям, – веско произнес Интеграл, хотя в его голосе слышалась-таки неуверенность.
– Положим, лично ты, сынок, раскрылся перед моими друзьями еще в прошлые встречи.
– Тогда дела были – мелочь в сравнении с нынешними.
– Но видишь ли, изменились реалии. Мы предполагаем, а бог располагает. В твоём нынешнем положении, пожалуй, нет альтернативы, кроме как довериться мне и моим друзьям! Повторяю: Духон и Багрянский очень солидные люди, которые отлично понимают, что к чему. Так что давай решайся, пока есть время!
– А что у вас за план? – неожиданно деловым тоном спросил разведчик и приподнялся, сел на диване. – Посвятите меня в него.
Леонид Сергеевич с готовностью поведал о «контрабандистской операции».
Внимательно выслушав рассказ, Свиридов разочарованно вздохнул:
– Какой же это план операции? Просто отличный сюжет для детского приключенческого фильма. И вы хотите присобачить меня к контрабанде какой-то картинки? Слишком много ненужного риска! Элементарно… вдруг разыграется шторм? Зимой волнение на море – обычное явление. А сколько еще таких вдруг?
– Напрасно ты так. План вполне реален. Надо только доработать некоторые детали, – обиженным тоном сказал Мацкевич. – И потом, есть возможность сразу лечь на дно в шато Духона в Нормандии. Не забывай, что ты, ко всему прочему, ранен.
– Надо все как следует обдумать. А вернее – еще что-нибудь придумать! – откликнулся Игорь. – Мне непонятно, почему вы собираетесь добираться до Дувра и прибрежных рыбацких поселков на перекладных?
– Таким образом Духон рассчитывает запутать сыщиков. По крайней мере, по возможности отдалить момент понимания ими, что мы намерены исчезнуть из страны.
– Что ж, это, наверное, логично, хотя и наивно, – констатировал спецагент.
– Почему наивно?
– Погодите, погодите, Леонид Сергеевич, дайте подумать!
Игорь прикрыл глаза и постарался максимально сосредоточиться на решении задачи. Минут пять он лежал молча, после чего произнёс:
– Леонид Сергеевич, а ведь первая часть плана операции «Джозеф» действительно вполне приемлема.
– Неужели?! – с язвительной интонацией в голосе воскликнул Мацкевич и озабоченно взглянул на часы. – Если ты что-то придумал, то излагай поскорее, ведь время идёт! Уже почти четыре часа…
