4. По мере накопления на востоке все более крупных сил нужно будет предпринимать такие меры, которые способны запутать представления о наших дальнейших планах. Главному командованию сухопутных войск подготовить совместно с управлением военной разведки и контрразведки внезапное "минирование" определенных зон в проливе Ла-Манш, в прибрежных водах Норвегии (условный сигнал для соглашения запретных зон "Альбион"). При этом нужно будет не столько действительно устанавливать заграждения в каждом отдельном пункте этих зон (для этого потребовались \664\ бы значительные силы), сколько возбуждать общественное мнение. Этой и другими мерами (например, расстановкой макетов, которые разведка противника могла бы принять за неизвестные до сих пор "ракетные батареи") следует создать впечатление, что предстоит внезапное нападение на Британские острова.
Чем четче будут вырисовываться подготовительные действия к операции "Барбаросса", тем труднее будет сохранять эффект дезинформации. Несмотря на это, необходимо делать все возможное для введения противника в заблуждение, основываясь не только на общих положениях о сохранении военной тайны, но и на методах, предлагаемых настоящим документом. Желательно, чтобы все участвующие в дезинформации противника инстанции проявляли собственную инициативу и представляли соответствующие предложения.
Кейтель
Перевод с немецкого из: Deutches Militararchiv, Potsdam, W. 31005, Bl. 114-117".
Взято из сборника документов "1941 год", т.1.
Документ N 279.
Необходимо отметить, что дезинформационная операция такого размаха для того времени не имела себе равных. Это действительно была целая операция. Причем операция даже и не разведки, которая, впрочем, тоже не знает примеров такого масштаба. Это была операция, которую вело государство в целом. Во всяком случае, его вооруженные силы. Что, впрочем, в условиях военного положения, и означает усилия всего государства.
Особенно было выделено то, что основными каналами распространения дезинформации определялись атташе Германии в других странах и атташе нейтральных стран, аккредитованные в Берлине. То есть эта дезинформация доводилась до них в виде неких правдоподобных сведений, о ложности которых они не подозревали сами. Эти же мероприятия планировать проводить в отношении собственных войск и связанных с ними учреждений. Ставилась задача "возбуждать общественное мнение" ложными мероприятиями. Отметим задачу, поставленную высшим командованием о том, что "...необходимо принять все меры, чтобы среди наших вооруженных сил сохранилось впечатление готовящегося вторжения в Англию..." То есть все эти "объяснения" под большим секретом распространялись среди самих немцев. Собственные граждане, собственная армия должны были чистосердечно полагать эту информацию истинной. Это должно было надежно обеспечить возможность того, что любая разведка обязательно добудет эти сведения. И неоднократно подтвердит их из разных источников.
Думаю, вы согласитесь, что замысел и исполнение операции подобного размаха заслуживают признания. В российской или советской истории, во всяком случае, подобных прецедентов что-то не вспоминается. Может быть, впрочем, потому, что для них не было подобного повода?
Теперь, забегая вперед, отметим самое главное. Каким оказался результат этой кампании? Проще говоря, поверили ли этой дезинформации в советском руководстве? Ведь усилия, надо признать, были приложены германским командованием нешуточные.
До сих пор принято считать, что эта дезинформация немцам удалась. Что советское руководство ей поверило. Существуют только лишь разные оттенки оценки этой общепринятой истины. От насмешек и упреков в довечивости и недостатке проницательности до понимающего признания того, что обману такого размаха противостоять было практически невозможно.
В данном случае мы с вами не будем торопиться отвечать на этот вопрос. Посмотрим, как будут развиваться события на самом деле. И в итоге попробуем ответить на него не с помощью одних только умозаключений, а с учетом происходивших тогда событий. То есть опять же, опираясь не на веру или неверие Сталина, а на его действия.
И еще. Прошу обратить внимание на важное обстоятельство. Мероприятия по дезинформации в этой директиве разбивались на два этапа, разделенных серединой апреля 1941 года. На первом этапе предполагалось создать впечатление, что все внимание германского командования сосредоточено на планах вторжения в Англию, а также в Северную Африку и на Балканы. Переброску войск предписывалось
представлять под видом обмена сил между Западом, Германией и Востоком.