– Представительство военных и КГБ были вроде как на равных. Но вы не сумели убедить Москву в своей правоте, а сотрудники КГБ смогли. Они были влиятельнее?
– Конечно, – ответил Заплатин. – Оценка политической ситуации в стране – их компетенция. Мне министр обороны на последней беседе именно это пытался втолковать.
Утром Заплатина вызвали к министру, но Дмитрий Федорович Устинов уже стоял в шинели, уезжал в Кремль, сказал: зайдите потом. В ожидании министра Заплатин два часа говорил с начальником генерального штаба Огарковым. Николай Васильевич спрашивал: не настало ли время ввести войска в Афганистан, чтобы спасти страну? Заплатин твердо отвечал: нельзя, тогда мы втянемся в чужую гражданскую войну.
После заседания Политбюро Устинов вернулся и вызвал к себе опять Огаркова, Заплатина и начальника Главного политуправления генерала Епишева.
Огарков сказал министру:
– Товарищ Заплатин остается при своем мнении.
– Почему? – удивился Устинов. – Вы напрасно пытаетесь отстаивать свою позицию. Вот почитайте, что представительство КГБ сообщает о положении в Афганистане.
В шифровке говорилось, что афганская армия развалилась, а Амин находится на грани краха. Это была та самая телеграмма, которую Заплатин отказался подписать в Кабуле.
Заплатин прочитал шифровку и твердо сказал:
– Товарищ министр, это не соответствует действительности. Я знаю, от кого эта информация поступает в КГБ.
Устинов сказал:
– Ты изучаешь тамошнюю обстановку вроде как попутно. А они головой отвечают за каждое слово.
– Понимаю, – кивнул Заплатин. – Если бы была трезвая голова, все было бы правильно, а когда голова пьяная, тогда…
Генерал думал, что министр выгонит его из кабинета. Устинов посмотрел на Заплатина, на Епишева, на Огаркова и как-то задумчиво заключил:
– Уже поздно.
Только потом Заплатин узнал, что именно в тот день на заседании Политбюро было принято окончательное решение ввести советские войска в Афганистан. Отступать Устинову уже было некуда.
Решение о вводе войск, принятое 12 декабря 1979 года, было оформлено совершенно секретным постановлением Политбюро № П 176/125. Вот как выглядит этот документ, написанный от руки:
К решению приложена справка, написанная Черненко:
Подготовкой операции в Кабуле руководили генерал Вадим Кирпиченко, заместитель Крючкова, и старший представитель КГБ в Афганистане Борис Иванов. 19 декабря 1979 года им в помощь отправили нового начальника нелегальной разведки Юрий Дроздова (его утвердили начальником управления в середине ноября – после работы резидентом в Нью-Йорке). Они доложили в Москву, что уничтожить Амина и заменить его Кармалем невозможно без поддержки армии. Поэтому в Кабул 25 декабря была переброшена 103‑я гвардейская воздушно-десантная дивизия.
