Космонавт залез в трубу, в которой тяжело было бы шевелиться даже человеку поменьше него, а тут ещё и мускулатура после после полёта была в лучшем состоянии чем когда либо. Андрей начал кое-как, можно сказать змеиными движениями, двигаться вперёд.
Он, хоть и запер дверь в ванную, но понимал, что это мало кого остановит, даст ему максимум секунд тридцать, но лучше с ними, поэтому и решил выбираться сюдой, а не через вентиляцию прямо в комнате. В трубе не было видно ничего, он полз вперёд пока ползётся, надеясь, что не просто упрётся в тупик, а найдёт какую-то развилку. Словно назойливый комар подлетает к уху и где-то исчезает, чтобы через несколько секунд вернуться, ему в голову влетали мысли о том, что не надо было рыпаться, а сидеть в номере, потому что здесь он вот-вот застрянет и сдохнет, ведь ползти назад, как он уже выяснил, не получится. Сколько он здесь уже движется по паре сантиметров за одно движение: полчаса, час? Андрей уже не считал, воздуха не хватало, а собственный пот щипал глаза, если сначала пилот Кальмара старался не производить никаких звуков, то теперь уже кряхтел совершенно не стесняясь быть кем-то услышанным и обнаруженным. Где-то в глубине души даже хотелось, чтобы сюда прибежала охрана и помешала его побегу, потому что с каждым новым движением глупость данной затеи становилась всё более очевидной. Кажется даже силы кончаются, снова попытка поползти назад, но ничего не получается, мешает одежда, он почему-то скользит только вперёд, а преодолеть это сопротивление уже не хватает мощностей организма. Андрей зачем-то плюётся, то ли от злости, то ли от страха, толкает себя опять но остаётся на том же месте. Хочется ударить в жестяную стенку кулаком, но места нет хотя бы просто шевельнуть рукой. Андрей бесится, кричит, без преувеличения бьётся в смеси истерики и озлобленности от того, что мерзкие мысли о смерти в этой трубе всё более уверенно издевательски смеются над ним в его собственном разуме.
Но всё же ему получается успокоиться, пока он хоть как-то перемещается вперёд нужно это делать. И, наконец-то, неожиданно, он не чувствует под своей головой ничего, значит он добрался до какой-то развилки и, судя по всему, это развилка вниз и вверх, Вся его голова теперь висит над пустотой, он видит вверху очень слабый свет, вниз посмотреть сейчас никак не выйдет.
Снова откуда-то появились силы и Андрей толкает себя навстречу, как он надеется, свободе, но теменем упирается в противоположную стенку. Глухой жестяной звук, безжалостно даёт ему понять, что он снова застрял примерно чуть ниже плечей, но теперь мыслей о том, чтобы сдаваться нет абсолютно. Тёплый воздух мчащийся куда-то к небу словно тянет его за собой, он чуть приподнимает голову и вытягивает ещё несколько сантиметров своего тела в перпендикулярно идущую трубу. Долгие минуты подобных учений и он с чудовищной болью понимает что упёрся лопатками в стенку трубы вентиляции идущей наверх, болит грудь, болит спина, что-то острое и холодное колит в шею сзади, что делать сейчас? Руки по локоть там, тело выше локтя заблокировано здесь, ничего не остаётся, только терпеть боль чуть ли не с вывихом плеча, Андрей сначала извлекает правую руку, потом левую, зато теперь с легкостью близкой к эйфории он подтягивает свою верхнюю часть туловища. Жаль руки скользкие от пота и грязи, не получается хорошо зацепиться за стенки, но ещё чуть-чуть поднявшись он находит еле заметные выступы в стенах, однако их достаточно чтобы упереться локтями, достать из первого ненавистного короба свои ноги и упереть их в такие же выступы пониже. Космонавт чуть ли не орёт от радости, не важно, что радоваться абсолютно нечему, но он не умер там, он без особо труда, по сравнению с предыдущим местом лезет вверх, этого уже достаточно для того, чтобы смеяться, и смех этот не может перебить даже заставляющая кашлять многолетняя пыль. Теперь каждый метр преодолевается намного быстрее. Теперь плохо скользящая при движении назад одежда оказывается спасением для Андрея, тоже самое касается и подошв ботинок, не важно, что где-то сзади на шее очень сильно печёт рана, будто кто-то подсаливает её, хотя очевидно этим занимается собственный пот, чувствуется как по спине сочится слабая тёплая струйка крови, всё это не имеет значения потому что с каждым поднятием нос всё больше улавливает запах свежего воздуха.