Пять дней спустя — январь не успел закончиться — задушили Луису Селину Васкес. Шестнадцать лет, крепкое телосложение, белая кожа, беременная на пятом месяце. Мужчина, с которым она жила, и его друг промышляли мелким воровством в розничных и оптовых магазинах электротоваров. Полиция приехала на вызов соседей по адресу проспект Рубена Дарио в квартале Мансера. Выломав дверь, они нашли Луису Селину задушенной телевизионным проводом. Тем же вечером последовал арест ее любовника, Маркоса Сепульведы, и его подельника, Эсекиэля Ромеро. Обоих посадили за решетку во втором участке и подвергли допросу, который длился всю ночь; проводил допрос помощник шефа полиции Санта-Тереса, офицер Эпифанио Галиндо, и добился он неплохих результатов: ближе к рассвету задержанный Ромеро признался в том, что поддерживал интимные отношения с покойной за спиной своего друга и партнера. Узнав, что она беременна, Луиса Селина решила разорвать связь с Ромеро, но тот отказался, ибо полагал, что ребенок, который скоро родится, от него, а не от его партнера. По прошествии нескольких месяцев, уверившись в непоколебимости Луисы Селины, он в приступе безумия решил убить ее, что в дальнейшем и сделал, воспользовавшись отсутствием Сепульведы. Два дня спустя того отпустили, а Ромеро не отправили в тюрьму, а оставили в камере при полицейском участке номер 2, только теперь допрашивали не по поводу убийства Луисы Селины и деталей этого преступления, а пытались вменить ему также убийство Эсперансы Гомес Салданьи, чей труп уже опознали. Полицию ввела в заблуждение легкость, с которой они добились первого признания, но Ромеро оказался мужиком покрепче, чем все думали, и наотрез отказался брать на себя второе преступление.
В середине февраля в одном из переулков в центре Санта-Тереса мусорщики наткнулись на еще один женский труп. Покойнице было около тридцати, одета она была в черную юбку и белую блузку с большим вырезом. Ее убили ножом, но на лице и на животе остались следы множественных ударов. В сумке лежал билет на автобус до Тусона, автобус отъезжал в десять, так что женщина на него уже не попадала… Также нашли помаду, пудру, тушь, несколько бумажных платков, наполовину выкуренную пачку сигарет и упаковку презервативов. При умершей не было ни паспорта, ни органайзера — ничего, что помогло бы ее идентифицировать. Зажигалки тоже не было.
В марте дикторша радио «Вестник севера» — предприятия, близкородственного газете «Вестник севера»,— в десять вечера вышла из студии в компании другого диктора и звукорежиссера. Они направились в ресторан «Пьяцца Навона», специализировавшийся на итальянской кухне, где заказали на троих три кусочка пиццы и три бутылки калифорнийского вина. Диктор попрощался первым. Дикторша Исабель Урреа и звукорежиссер, Франсиско Сантамария, решили посидеть еще и поболтать о том о сем. Они говорили о работе, расписаниях, программах, а потом начали обсуждать одну коллегу, которая уже не работала на радио, мол, она вышла замуж и уехала вместе с мужем в деревню под Эрмосильо; названия деревеньки они не помнили, зато знали, что оттуда рукой подать до моря и в течение шести месяцев в году там, как говорила их коллега, погода стоит райская. Из ресторана они вышли вместе. У звукорежиссера не было машины, поэтому Исабель Урреа предложила подвезти его до дома. Спасибо, не стоит, сказал звукорежиссер, мне тут недалеко, да и прогуляться хочется. Режиссер уходил все дальше и дальше, а Исабель пошла к своей машине. Пока она вытаскивала ключи, тротуар пересекла тень и выстрелила в нее три раза. Ключи упали. Какой-то пешеход в пяти метрах от них тут же упал наземь. Исабель попыталась подняться, но получилось только прислониться щекой к переднему колесу. Боли она не чувствовала. Тень приблизилась и выстрелила ей в лоб.
Среди причин для убийства Исабель Урреа, о котором первые три дня много говорили на ее радиостанции и писали в ее газете, числили попытку ограбления, нападение сумасшедшего — или наркомана, который позарился на машину. Также ходил слух, что преступник был из Центральной Америки, какой-нибудь гватемалец или сальвадорец, ветеран гражданских войн в этих странах,— такие не чуждаются любых способов добыть денег на переезд в Соединенные Штаты. Вскрытие не проводили из почтения к семье покойной, а данные баллистической экспертизы так и не обнародовали, и в результате какого-то бюрократического недоразумения между Санта-Тереса и Эрмосильо они исчезли навсегда.
