Мой мир от услышанного разлетелся на мелкие части. Всё было зря… Ты скоро уедешь. Мы больше не встретимся…
Катя засмеялась, как дьявол.
– Знаешь, Серёжа, более жалкой и никчёмной жизни, чем твоя, видеть не приходилось! Ты предал её ради Анжелики, а та никогда с тобой не будет! – произнесла сквозь смех преступница.
Вспоминая Четвёртый Шаг, ответил:
– Может быть. Я просрал свою жизнь, но если опущу руки сейчас, потеряю ещё часть. Не жалею, что тебя отшил – это было верным решением. Поверь, даже без Лики я бы не согласился быть с тобой, мы слишком разные.
– Да кому ты нужен, предатель! – усмехнулась Катя мне в лицо, – Она любила тебя, потому что считала родственной душой! А для остальных ты просто мусор, чья единственная положительная черта просто делит задницу пополам!
Жующий на дереве яблоко Богдан засмеялся.
– Обними своё сокровище! – издевательским тоном произнесла преступница, вручая мне твой дневник, – Вместе умрёте!
Внезапно Катя запустила руку мне в рюкзак и достала оттуда коробочку с таблетками, которые подарила Дарьяна.
– Ого! Что это такое торжественное? – спросила она, трогая блестящий зелёный бантик.
– Пиралгин, – соврал я, – Обезболивающее с эффектом успокоительного.
– Очень кстати! – сказала Катя, достала из травы бутылку шампанского и попросила Богдана, – Открой, пожалуйста!
Только сейчас я осознал, что появился шанс выжить. Не знаю, какой эффект будет, если Катя выпьет одну таблетку, но, надеюсь, она просто всё забудет.
– Мы устроим тебе поминки с шампанским и фейерверками! – засмеялась Катя, показывая на цветные коробки в траве, – Считай, за удар под колено этой таблеткой ты искупил свою вину!
С этими словами преступница вытащила одну пилюлю и проглотила, запив шампанским. Оставалось ждать и наблюдать.
– Пора салюты расставить по дому. Твоя смерть будет очень яркой, поверь, Серёжа! – сказала Катя, продолжая пить шампанское, – Ренни красавчик, бухло зачётное!
Пока она ходила по дому, я думал, как отвлечь Богдана и сбежать. Идею мне подала пробежавшая мимо мышь: вспомнились песчанки у знакомого, которые падали в судорогах всякий раз, как расценивали ситуацию опасной. Надеясь, что бывший киллер не в курсе, как выглядит настоящий эпилептический приступ, я задрожал и рухнул на траву. Богдан слез с дерева и подошёл ко мне.
– Кать, – крикнул он, – Ты знала, что у будущего покойничка эпилепсия?
Ответа не последовало. Вместо него в доме с грохотом что-то рухнуло.
– Кать, у тебя всё в порядке? – спросил преступник с беспокойством.
Ничего, кроме молчания, бывший киллер не услышал. Видя, как извиваюсь в судорогах, Богдан оставил меня и побежал в дом. Едва он исчез, я вскочил вместе с дневником и выбежал за ворота, сбив с ног приехавшего Рената. Потерять едва обретённую свободу в мои планы не входило, поэтому Ренни получил от меня ногой по колену и в пах. Видя, что худощавый сообщник Рената хочет покинуть машину и помочь противнику, я со всей силы ударил ногой по двери, чем временно вывел из строя второго преступника. Второго шанса на побег у меня не будет.
Понимая, что ребята скоро бросятся в погоню за мной, я побежал через дорогу в единственное место, где мог спастись: лес! Послышался выстрел мне вслед. Обернулся: еле двигаясь, Ренни пытался меня догнать, держа в руках пистолет.
