Вену султан взял, но чтобы идти дальше, сил не хватало. Большая часть регулярной янычарской армии была просто выбита в войнах. Часть - в Польше, часть уже здесь. И больше б полегло, да взрыв помог - осажденные просто руки опустили. Что толку спихивать янычар со стены, когда в другом месте они строем входят?
Тем не менее, от янычар осталась половина. С этими силами можно было удержать Вену, но идти дальше?
А куда? Навстречу войскам Лиги? Или попробовать взять Линц? Захватить Леопольда?
Извините, дураков нет. У них конница и много, а у султана ее маловато. Опять же, они здесь дома, а турки пока еще нет.
Разобьют, как пить дать. А это не нужно было ни Гуссейну-паше, ни султану.
К тому же...
Захват Вены - это уже не война, это политика. Если европейцы не начнут отвоевывать ее обратно, Гуссейн-паша даст себе бороду сбрить. Всю Европу поднимут - ну, кого смогут. И в это тяжелое время нечего здесь делать ни султану, ни его верному визирю.
Так что...
Комендантом Вены останется Сары Сулейман-паша. А то ишь, выдумал? А то Гуссейн не знает, кто метит на его место и заигрывает с янычарами? Все знает старый волк из семьи Кепрюлю, у Сулеймана-паши еще зубки не выросли - на старших скалиться.
И пусть держит город, что есть сил.
Под его командованием остается и войско. И все его победы будут победами султана и его верного визиря, а поражения - поражениями глупого Сулеймана-паши, который саблю-то не знает, с какого конца в руки брать.
А тем временем, избавив Османскую империю от смутьянов, можно будет сделать многое.
Реорганизовать чиновников. Перешерстить армию - где это видано, что должности за деньги покупаются? Это у нечестивых христианских собак так принято, а Османы себе такого позволить не могут! Тем более, что султану там и монетки не перепадает.
Сформировать новые корпуса, которые не будут бунтовать, как янычары.
Опасно?
Кто б спорил.
Гуссейн-паша подозревал, что не умрет своей смертью. Но...
Власть всем нужна для разных целей. Кто-то наслаждается ей, как дорогим вином - и как люди, пьющие эту отраву, запрещенную Аллахом, они больны. Власть, как вино, разъедает и подтачивает разум человека.
Кто-то стремится к власти ради богатства, которое она приносит с собой. Но и это не было нужно Гуссейну-паше, семья Кепрюлю и так богата.
Ему власть нужна была ради его родной страны. Он видел, что если так пойдет и дальше, Турция рухнет на колени под натиском Европы - и не хотел родине этой судьбы.
Пусть его проклянут при жизни!
Потомки поймут и восславят его после смерти!
А потому - русский отряд отделить и потихоньку, когда султан направится домой, освободить. Дать фирман и пусть убираются.
И отписать русскому государю.
Два льва должны дружить, чтобы их не заели шакалы.
Можно бы и Людовику отписать тоже - хоть и коварен сей христианский король, а только происходящее и ему выгодно. Чем дольше затянется война, тем спокойнее в Турции, тем громче будет шум в Европе. А он под этот шум себе что-то из германских княжеств приберет, он может.
Но поделится. Пусть только попробует не поделиться.
Гуссейн-паша планировал длительные интриги и усмехался. Ему повезло вдвойне - с двумя государями. Один хочет жить и не мешает своему верному визирю тянуть страну из ямы. Второй хочет, чтобы жила его страна - и в это время их цели совпадают.
Русь сейчас Османам не угроза, и долго угрозой не будет. А там - кто знает?
***
- Государь.
Посол Руси в далекой Португалии, боярин Федор Федорович Куракин, склонился в низком поклоне. Европейское платье и завитые парики он не носил, но высокая шапка тоже мела пол не хуже мушкетерской шляпы с перьями.
А что ж и не поклониться?
Ежели миссия его, кажется, успехом увенчивается?
Педру смотрел вполне благосклонно.
За время пребывания Куракина при его дворе он уже убедился, что мужчина сие умный и обстоятельный. И даже пару раз соблаговолил побеседовать с русским послом.
Умный мужчина, очень себе на уме, с характером. Сам в европейское платье одевается, и жену с дочерями ко двору вывозил, но никакой излишней галантности им не дозволял. Ни множества кавалеров, ни любовников, хоть поползновения и были. Но как-то... рассосалось.
Может быть потому, что и посол, и вся его семья были весьма остры на язык, хотя и безукоризненно вежливы? Таких задеть, что на ежа усесться - иголки потом долго вытаскивать будешь. Да и случай был, когда один маркиз решил дочку посла в темный уголок утащить... разумеется, с самыми благородными намерениями! Он бы потом женился, честь по чести, в чем и клялся, когда из него кинжал вытаскивали. Ибо девушка на протянутую к ее персям руку ответила ударом. Не смертельным, но три месяца маркиз провалялся бревнышком.
Скандал был, но не сильный. Что посол, что его дочь, настаивали, что на Руси так и поступают с насильниками. Ах, это галантное ухаживание было? Когда тебя затаскивают в темный угол и лапать начинают?
Простите, не разобралась. Глупая девка, что тут скажешь!
С тех пор ни одной попытки, кстати, не было.
