— Но уже очень умён, — кивнул Родриго, затем радостно вскрикнул, обращаясь к своей девушке, — слушай Камилла, я бьюсь о заклад, что Иньиго обыграет тебя в шахматы!
Девушка лукаво улыбнулась и мурлыкающим голоском поинтересовалась.
— Что ставишь на кон, мой птенчик?
— То ожерелье, что тебе тогда понравилось у ювелира, — кивнул он, — но если выиграет он, то ты выполнишь любое мое желание.
— По рукам, — кивнула она и повернулась ко мне, — вы так хороши в шахматы синьор Иньиго?
— Можно просто Иньиго, — ответил я, — что касается самой игры, я слышал о ней, но не играл пока ни разу.
— Ни разу? — изумилась она, поворачивая голову к Родриго Борджиа, — и ты поставил на его победу ожерелье?
Родриго легкомысленно пожал плечами.
— Просто сыграйте, — ответил он.
Камилла кивнула, поднялась и вскоре принесла столик для игры, а также фигуры, которые быстро и сноровисто расставила.
— Если вы играете первый раз, может тогда я расскажу правила, и мы сыграем пробную партию? — предложила она, — я просто не хочу быть нечестной.
Родриго посмотрел на меня и я тут же понял, что должен подтвердить его уверенность в своём уме.
— Думаю правил будет достаточно синьорина, — спокойно ответил я и краем глаза заметил, как он довольно улыбнулся, поскольку именно такого ответа и ожидал от меня.
Девушка удивлённо на меня взглянула, но спорить не стала, а показала, как называется каждая фигура, а также как она ходит и общие правила.
— Что же, у вас белые, ходите первым Иньиго, — предложила она.
Из сетчатки глаза шахматная доска с фигурами от сканировалась нейроинтерфейсом и предстала перед моими глазами в виртуальном виде. Я сделал первый не очень уверенный ход на доске, не особо переживая за результат. Девушка походила и партия началась довольно быстро, я сначала думал сам, но вскоре, чем меньше вариантов развития хода партии оставалось по мере уменьшения фигур на поле, те больше нейроинтерфейс стал подсвечивать для меня фигуры и ходы ими на виртуальной доске и я просто последовал его советам.
— Шах и мат, — сказал я, когда это высветилось у меня перед глазами.
Камилла оторвала взгляд от доски и недоумённо на меня посмотрела.
— Нет Иньиго, ещё ничего не решено!
Я понял, что поспешил, и правда до этого ещё было ходов пять точно, поэтому стал ждать её ответных ходов, пока результат партии не стал очевиден и для неё. Девушка изумлённо смотрела на доску, ища для себя выход, но вскоре лёгким движением щёлкнула пальцем по фигуре короля, роняя его на доску и тяжело вздохнула.
— Признаю своё поражение, — нехотя сказала она.
Я вытер лоб, подданным мне Бартоло платком и посмотрел в сторону Родриго Борджиа, который допивал уже второй кубок с вином. Он явно был доволен исходом и посматривал теперь на Камиллу с вожделением. Каким было его желание, я стал наконец догадываться.
— Ещё партию Камилла? — поинтересовался он у неё, — у меня есть ещё одно желание, и ты даже знаешь какое.
— Мне кажется вы меня разыгрываете, — покачала она головой, — как можно так играть с первого раза?
— Иньиго — уникум моя дорогая, — хмыкнул Борджиа, — в два самостоятельно изучил латынь и читал Библию, в четыре изучил древнегреческий и истинную латынь.
Камилла недоверчиво посмотрела на меня.
— Там, где царит любовь, нет законов, — сказал я фразу Платона на языке оригинала.
— Ваш греческий просто прекрасен Иньиго, — ответила она мне очень коряво, но вызвав изумление хотя бы самим фактом, что куртизанка изучает этот язык.
— Вы изучаете древнегреческий? — высказал я ей своё изумление.
— Стараюсь заниматься своим образованием Иньиго, — кивнула она.
— Камилла знает четыре языка, — похвастал Родриго, — её семья из разорившейся римской аристократии, просто чудо, что я нашёл её раньше остальных.
— Синьор Родриго, был так добр, что дал мне всё, что я могу себе пожелать, — она поднялась и подошла к нему, чтобы сесть рядом и обнять его за руку.
— Я держу этот дом и этих девушек только для себя и своих близких друзей, — Родриго внимательно посмотрел на меня, давая понять, что я попал в их круг.
— Синьор Родриго, вы знаете, — я понял его намёк, — мой рот всегда на замке, когда это касается людей с кем я знаком.
— Это весьма похвальное качество Иньиго, — с кивком ответил он мне, оценив мою проницательность, ведь вслух не просил меня, чтобы происходящее в этом доме осталось втайне.
Он повернул свой взгляд на Бартоло, но за него ответил я.
— Мой секретарь унесёт все мои тайны с собой в могилу, — я посмотрел на враз побледневшего парня, — но надеюсь это произойдёт нескоро.
— Я целиком и полностью предан синьору Иньиго, — чуть вздрогнувшим голосам ответил он, — он меня спас.
