— Значит, ты не против, — я потёр ладони друг о дружку, привлекая этим жестом его внимание.
— Иньиго, твои руки! — воскликнул он, — они обе нормальные!
— Да, я много молился и Бог видимо услышал меня, — довольно кивнул я, — могу теперь писать обеими вместе и раздельно.
Кардинал покачал головой и перекрестился.
— Какие планы? С чего начнём? — поинтересовался он у меня.
— Для начала мы съедем отсюда, пока мои управляющие вычищают твой дом и заново обставляют его мебелью, — решил я.
— За твой счёт? — поднял он бровь, — я тебе напоминаю, что я сейчас абсолютно нищий. У меня есть только то, что на мне.
— Родриго, — я скептически посмотрел на него, — мы друзья или нет?
— Разумеется друзья, — моментально кивнул он.
— Тогда давай забывать о моём и твоём, — пожал я плечами, — впереди у нас путь к богатству, так что у нас есть общая цель, а когда к ней придём тогда и начнём делить, кто и чего заработал.
— Могу я хотя бы узнать, что это за цель? — поинтересовался он у меня, на что я отрицательно покачал головой.
— Пока ещё не время мой друг, — улыбнулся я, — и это не из недоверия к тебе, а просто предосторожность.
— Хорошо, куда едем? — поинтересовался он у меня.
— Думаю Хуан де Торквемада приютит нас на время, — решил я, с чего начать, на что Родриго лишь молчаливо кивнул.
Оставив управляющих, слуг и часть охраны, чтобы дом не подвергся нападению ещё раз, мы с Бартоло и Родриго прошли в повозку, и он когда поднимался по ступенькам, заметил сидящую внутри Паулу. Глаза кардинала расширились.
— Сеньорита Паула, мой учитель музыки, — представил я её ему, — а это моя дорогая, кардинал Родриго Борджиа, человек, который однажды точно станет папой. Так что лучше хорошо себя с ним веди, чтобы он потом не наложил на тебя епитимию.
Девушка улыбнулась и склонила голову.
— Добрый день, ваше преосвященство. Рада знакомству.
— Твой учитель музыки? — Родриго Борджиа ошеломлённо рассматривал девушку, когда повозка тронулась.
— В том числе, ваше преосвященство, — Паула положила свою руку мне на руку и слегка погладила её.
Кардинал рассмеялся.
— Что там ты говорил насчёт моих четырёх любовниц? — поинтересовался он у меня.
— У меня всего три Родриго! — запротестовал я, вызвав возмущение Паулы, которая стала интересоваться, какие это ещё две у меня есть, помимо неё.
Её ворчание и красота, скоро сделали своё дело и кардинал, который до моего приезда был натянут словно струна, стал расслабляться и успокаиваться.
Весь Рим был наполнен вооружёнными отрядами, которые бряцая оружием пели похабные песенки про прошлого папу, а также его родственников. В них доставалось и самому Родриго Борджиа, которой лишь сжимал губы, когда мы проезжали мимо одной из таких весёлых компаний. На подъезде к дворцу Торквемады, дорогу нам перекрыла сотня хорошо вооружённых наёмников. Поскольку Бернарда не было, к ним выехал Ханс, который поговорил и вернулся ко мне, хмурый и недовольный.
— Сеньор Иньиго, они требуют досмотреть вашу повозку, — сказал он.
— Требуют? — изумился я.
— Именно сеньор Иньиго, им показалось, что в ней находится Родриго Борджиа.
— Сколько нас?
— Часть мы оставили у дома кардинала, — тихо ответил он, — так что сейчас поровну, видимо поэтому они такие смелые.
— В повозке кардинал и Паула, — задумался я, — если начнётся потасовка могут прилететь арбалетные болты.
— У них есть арбалеты, сеньор Иньиго, — подтвердил Ханс.
— Вынеси меня к ним, — решил я лично поговорить с тем, кто там такой смелый.
Капитан наёмников аккуратно достал меня из повозки и на руках понёс к итальянцам, которые и правда были хорошо вооружены и одоспешены.
— Синьоры, — обратился я к ним, — с кем я разговариваю?
Вперёд вышел мужчина, который удивлённо посмотрел на меня, но осторожность в нём победила наглость, поскольку на мне был крайне дорогой костюм, прошитый золотыми нитями.
— Синьор Валериано ди Мацо, — склонил он голову, — с кем имею честь?
— Граф Иньиго де Мендоса, — ответил я спокойно и мягко, — могу я поинтересоваться синьор, что послужило причиной нашей остановки?
Моя видимая покорность сбила его с толку, поскольку он явно рассчитывал пошуметь и поспорить, а тут он запнулся.
— Мои люди видели в вашей повозке ваше сиятельство человека, похожего на Родриго Борджиа, — смущённо заметил он, — мы бы хотели с ним поговорить.
— Зачем? — поинтересовался я, чем ещё больше сбил его с толка.
— Опознать и если это действительно он, возможно даже немного повесить, — хохотнул он, чтобы как-то прийти в себя от того, что его план поссориться со мной явно давал сбои.
— Простите, синьор Валериано, — я поднял взгляд к небу и перекрестился, — но тогда вам сначала придётся убить меня.
— Вас? Зачем мне это? — удивился мужчина.
Я спокойно посмотрел на него.
— Я пообещал кардиналу Латино Орсини, что с кардиналом Родриго Борджиа ничего не случится, пока я везу его к дому его друга кардинала Торквемады, — соврал я, говоря тихим и спокойным голосом, — так что я не могу нарушить своё слово и вам придётся прежде, чем убить кардинала Борджиа, убить и меня.
Итальянец побледнел.
