Генерал М. Г. Ефремов вместе с членами Военного совета армии дали должную оценку действиям командира и комиссара бригады, квалифицировав их как позорное бегство с поля боя. Им была поставлена задача – немедленно выехать в бригаду и продолжить выполнение поставленной боевой задачи.
Весь день сражалась с противником 222-я сд, продолжавшая удерживать рубеж: Субботино, Назарьево, Семидворье. Особенно ожесточенным был бой в районе д. Назарьево. Подразделения 292-й пд стремились не только овладеть указанными населенными пунктами, но и выйти в тыл дивизии, отрезав ей пути отхода. Во второй половине дня 222-я сд, оказавшись под угрозой окружения, была вынуждена с боем отойти в район населенных пунктов Шубинка и Бавыкино.
Поздно вечером командир 222-й стрелковой дивизии полковник Новиков по радио получил приказ генерал-лейтенанта М. Г. Ефремова: с утра 24 октября нанести удар в направлении: Слепушкино, Горки, Маурино и выйти на рубеж Маурино, Любаново, школа агитпункта (д. Таширово), где и занять оборону[135].
Сложной продолжала оставаться обстановка и на левом фланге армии. Десятикилометровый участок местности от Атепцево до Каменского по-прежнему не был прикрыт нашими войсками.
Штаб 110-й сд, находившийся в районе д. Каменское, до сих пор не имел связи с подчиненными полками и не знал, где они находятся.
113-я сд по приказу командира дивизии отошла на рубеж: Рыжково, Никольские Дворы, лес северо-восточнее, перехватывая дорогу, идущую от Варшавского шоссе к д. Романово.
В ночь на 24 октября в штаб Западного фронта ушла оперативная сводка штаба 33-й армии № 130, в которой в частности сообщалось:
«Части 33 армии в течение 23.10 вели на всем фронте бои, сдерживая наступающие части противника на Верейском и Боровском направлениях. Одновременно выполняли задачи по очистке от противника района НАРО-ФОМИНСК. К исходу дня части занимали:
…1 ГМСД – выполняя задачу по уничтожению противника в районе г. НАРО-ФОМИНСК и к исходу дня очистила от противника половину зап. части НАРО-ФОМИНСК»[136].
На самом деле обстановка в районе Наро-Фоминска была совсем иной: противник надежно удерживал в своих руках почти всю западную часть города. Как оказалось, об этом знали не только в штабе Западного фронта, но и в Генеральном штабе, и вскоре последовала соответствующая реакция на подобное положение дел и не от кого-то, а от самого Сталина.
Одной из основных причин, затруднявших ведение устойчивой обороны соединениями 33-й армии в тот период боевых действий, было то обстоятельство, что они сражались с врагом изолированно друг от друга, постоянно находясь под угрозой обхода флангов противником. Так, 151-я мсбр занимала оборону, находясь в 4 км от 222-й сд, которая, в свою очередь, вела боевые действия на удалении в 14 км (!) от 1-й гв. мсд. Промежуток местности, не занятый войсками между 1-й мсд и 110-й сд, составлял около 10 км.
Обескровленные в предыдущих боях 110-я и 113-я стрелковые дивизии также не имели сплошного фронта, находясь на удалении 3 км друг от друга. Проанализировав сложившуюся обстановку, генерал-лейтенант Ефремов пришел к абсолютно правильному выводу, что если не ликвидировать разрывы между соединениями, то удержать занимаемый рубеж будет очень сложно. Командарм принял следующее решение – путем отвода частей 151-й мсбр и 222-й сд на рубеж реки Нара, перейти к обороне по рубежу: Маурино, Любаново, искл. Таширово, что позволяло ликвидировать промежуток, не занятый войсками между ними и 1-й гв. мсд, а, заняв 110-й и 113-й сд рубеж: бараки, Горчухино, Могутово, Мачихино, создать сплошной фронт обороны южнее Наро-Фоминска.
Предложение генерала М. Г. Ефремова, несмотря на всю его видимую целесообразность, было вначале неоднозначно оценено командованием Западного фронта. Однако на этот раз разум победил эмоции и генерал армии Г. К. Жуков утвердил решение командарма-33, разрешив отвести войска на рубеж, указанный генералом Ефремовым. При этом командующий фронтом вполне обоснованно потребовал, чтобы передний край обороны 110-й и 113-й сд проходил не по рубежу: Горчухино, Могутово, Мачихино, а как можно ближе к реке Нара.
Как покажет дальнейший ход событий на Наро-Фоминском направлении, это решение генерал-лейтенанта М. Г. Ефремова позволило значительно повысить устойчивость обороны наших войск в районе Наро-Фоминска.
В час ночи 24 октября 1941 года из штаба фронта неожиданно пришла срочная телеграмма штаба фронта следующего содержания:
«КОМАНДАРМУ 33 ЕФРЕМОВУ
ДЛЯ НЕМЕДЛЕННОЙ ПЕРЕДАЧИ
КОМДИВУ 1 МСД ЛИЗЮКОВУ, КОМИССАРУ 1 МСД МЕШКОВУ.
