— Ты не бойся. Мы победили! — Потом, подумав, добавил: — Теперь уже всё. Полный порядок.
Потом они развели костёр и, хмурясь от дыма и заново переживая только что испытанную опасность, мирно грызли кедровые орешки — сладкие, маслянистые. И чем больше грызли, тем меньше хотелось есть.
А там, за стенами пещеры, грохотал гром, метались молнии и с гор потоками неслась мутная вода. Она глухо ворочала камни и валежник, шумела и ревела. В пещере было тепло и почти уютно. У входа в неё, над бурым телом поверженного врага, склонив голову и поджав хвост и хобот, стоял и мок мамонт. Струйки воды стекали по его шерсти.
Гроза кончилась через час. Тузик встряхнулся и просунул хобот в пещеру. Ребята выглянули на волю. По небу неслись рваные облака. Кустарник и лес были мокрыми и хмурыми, но гребни противоположных сопок уже сияли в солнечных лучах. Под высокой и необычайно яркой на фоне тёмных грозовых туч весёлой радугой дышалось легко и привольно.
Растоптанный зверь лежал у входа в пещеру. Ребята осмотрели его, потрогали огромные тёмные когти, и им опять стало не по себе. Да… положение доисторических людей было не очень-то завидное. Но всё-таки… Всё-таки и они ведь выходили победителями. Правда, у них не было приручённых мамонтов…
Но через минуту Вася думал уже не о звере. Он думал о том, что следует позаботиться о собственном пропитании — на одних шишках не проживёшь. Он спросил:
— Леска готова?
— Конечно!
— Сейчас сделаем крючок и начнём ловить рыбу.
Крючок был сделан без особого труда: костёр горел, и металл можно было разогреть. Камней было сколько угодно, и поэтому крючок можно было отковать и даже сделать на нём жало. Воды повсюду было сколько угодно, и поэтому закалить его ничего не стоило. Сложнее оказалось найти блесну. Но Вася смело и самоотверженно решил использовать для неё пряжку собственного ремня.
— Она же не блестящая, — попробовала возразить Лена.
— Ничего. Мы её песочком надраим — будет блестеть.
А когда уже всё было готово для рыбной ловли, выяснилось совершенно непредвиденное обстоятельство: вздувшаяся после грозы река разлилась. Её недавно прозрачные воды замутились. Она катила грязно-бурые, пенистые волны так стремительно, что прибрежный, затопленный водой кустарник и бурьян вытянулись в нитку.
— Да… в таких условиях не разловишься. Придётся ждать, пока не сойдёт вода, — оказал Вася.
Ждать можно было бы, но ведь хотелось есть. Лена доверчиво смотрела на всесильного Васю. Он понимал, что от его находчивости и мужественности зависит очень многое. И он принял решение:
— Что ж… будем охотиться.
— А как? — доверчиво и с интересом опросила Лена.
— А так… — не совсем уверенно ответил Вася. — Нужно будет сплести силки.
— А какие?
— Ну, это, знаешь, такие петельки из волос или нитки. Они расстилаются на земле. Птица ходит, клюёт что-нибудь и незаметно ступает ногой в петельку. Потом идёт дальше, а петелька затягивает ногу, и птица поймана.
— А если не попадётся? — всё так же доверчиво спросила Лена.
— Ну тогда… тогда… Да нет, она обязательно зацепится. Я сделаю сейчас лук и стрелы и начну охотиться.
Так и решили. Для тетивы была использована леска — всё равно ловить рыбу придётся не скоро. В кустарнике выломаны и с помощью каменного острого осколка очищены от коры тонкие побеги. Получились стрелы. Но первая же их проба показала, что стрелы слишком лёгкие. Они то взлетали вверх, то втыкались носом в землю, но никак не хотели попадать в цель.
— Слушай, Вася, а ведь доисторические люди делали на стрелах каменные наконечники.
— М-да… Пожалуй… А вот как они это делали?
— А помнишь, в учебнике истории написано? Или привязывали их жилами животных, или просто раскалывали дерево и вкладывали в расселину острый камень.
— Верно! — обрадовался Вася. — А потом ещё мамонтовым волосом свяжем, и всё будет в порядке.
Но порядок пришёл не сразу. Вначале пришлось сделать нож — острый каменный осколок, — чтобы расщеплять кустарниковые побеги. Потом набить каменные осколки, которые походили бы на настоящие наконечники.
Пока Вася возился со стрелами, Лена успела не только сплести с десяток силков, но и промыть Тузику раны.
Солнце уже повернуло к западу, когда приготовления к охоте были закончены. Лена осталась в пещере, а Вася двинулся было к реке, чтобы там попытать охотничье счастье. Но Лена нерешительно остановила его.
— А вдруг… вдруг ещё один пещерный хозяин наведается? — спросила она и с тревогой посмотрела на Васю.
— Так, видишь ли… видишь… — тянул Вася, вспоминая, что звери очень часто живут парами. Может быть, и этот ещё неизвестный ему хищник тоже имел пару. Тогда второй зверь должен вернуться. Но потом, поразмыслив, Вася решил: — Ничего не будет, никто сюда не сунется.
— Ты думаешь?
