Известны, однако, случаи, когда французы сталкивались не с одной, а с двумя или целой чередой неприятельских армий, расположенных на таком расстоянии, что могли поддерживать друг друга. В этой непростой ситуации Наполеон часто прибегал ко второй системе маневрирования – стратегии центральной позиции. Нередко в подобных обстоятельствах французы оказывались в численном меньшинстве по отношению к силам противника в целом, превосходя, однако, числом любую из частей его объединенной армии. Вот этот – то второй фактор и помогал им одержать полную победу. «Полководческое искусство состоит в том, чтобы, находясь в численном меньшинстве по отношению к неприятелю (в целом), превзойти его на поле сражения». Если сказать кратко, Наполеон ставил перед собой задачу отделить одну часть армии неприятеля, собирая против нее заведомо превосходящие силы, чтобы обеспечить уверенную победу и по возможности полный ее разгром, а затем, развернувшись, атаковать оставшуюся часть противостоящей армии. Вместо одного решительного удара он планировал серию ударов меньшей мощи против рассеянных сил неприятеля – эти удары разбивали бы их поочередно. Каким образом его план можно было осуществить? И снова последовательность наполеоновских атак помогает понять, в чем секрет успеха. Прежде всего император собирал максимально подробную информацию о войсках, с которыми предстояло встретиться, заимствуя ее из перехваченных газет, от дезертиров, паче же всего – из наблюдений своих конных разведчиков. На основании полученных таким образом сведений он тщательно выстраивал диспозиции противника, наносил их на карту, а затем выбирал место, где соприкасались границы неприятельских армий. Это было сочленение, или «сустав», стратегических диспозиций противника, место, наиболее уязвимое для нападения. Этот участок он и избирал для своей первой молниеносной атаки – такие Наполеон проводил нередко, причем не в полную силу. Под прикрытием кавалерии французская армия обрушивалась как гром среди ясного неба на горстку войск, защищавших этот центральный пункт. Практически не было случая, чтобы этот бешеный штурм, этот налет не увенчался успехом. Сразу же после этого Наполеон собирал свою армию здесь, в этом только что захваченном пункте. Он был мастером центральной позиции – можно сказать, что он умело вклинивался между двумя армиями неприятеля, которые, в идеале, отступали, ошеломленные внезапным натиском, увеличивая – чего и добивался император – расстояние между собой и своими соратниками. Это неизбежно приводило к тому, что противник вынужденно действовал на внешних линиях (т. е. растянув фланги на невероятно большие расстояния), в то время как французы, пользуясь преимуществами более выгодной позиции, имели удобный доступ к обеим частям вражеской армии.
