В 1793 году король Франции Людовик XVI и его царственная супруга Мария Антуанетта были обезглавлены по приказу нового революционного правительства. Мария Антуанетта была дочерью австрийской императрицы Марии Терезы, и вполне понятно, что в результате этой казни между Австрией и Францией установилась непримиримая вражда. В начале 1796 года стало известно, что австрийцы готовят нападение на Францию со стороны Северной Италии – в то время входившей в Австрийскую империю.
Хотя император [Наполеон Бонапарт] был вполне готов «разбить яйца, чтобы приготовить омлет», по мнению фон Клаузевица, он всегда предпочитал добиваться полной победы с минимумом затрат силы и человеческих потерь. Соответственно, он не любил доводить дело до лобовой схватки при полной выкладке сил, другими словами – выступать против неприятеля всей армией и сражаться на территории по его (противника) выбору, ибо как раз такие сражения неизбежно дорого обходятся и редко приводят к окончательному результату. (Бородино в 1812 году служит тому хорошим примером.) Вместо того, при любой возможности нанося противнику точечный фронтальный укол – отвлекающий маневр, ложную атаку, он отводил основную часть армии по кратчайшему надежному пути, под прикрытием кавалерии и естественных преград, куда – нибудь на фланг или даже в тыл противника. Если этот маневр удавалось выполнить успешно, он захватывал какое – либо естественное препятствие или стратегическое прикрытие (например, береговую линию реки или горную гряду). Приказав перекрыть все переправы, он таким образом изолировал свою предполагаемую жертву, отрезая ей пути к отступлению и практически лишая возможности получить подкрепление. Император непрерывно теснил армию неприятеля, оставляя тому лишь две возможности: сражаться не за победу, а за жизнь на неудобной для него территории или капитулировать. Преимущества подобной стратегии очевидны. Вражеская армия, захваченная врасплох, скорее всего, будет деморализована внезапным появлением в тылу противника, отрезающего ей все пути к отступлению.
