Оставь себе пространство для маневра. Если вы сами загоните себя в ограниченное пространство или привяжете к каким – то обстоятельствам, сковывающим ваши действия, то не сможете проявить мобильность и гибкость. Между тем свобода маневра просто необходима. Сохранить возможность двигаться, оставить за собой большую свободу, чем у неприятеля, – вот что важно. Это важнее, чем захват территории или имущества. Вам требуются открытые просторы, а не косное, омертвелое пространство. Следовательно, старайтесь не взваливать на себя обязательств, которые бы ограничивали ваши возможности. Кроме того, старайтесь не занимать таких позиций, откуда некуда было бы двигаться. Потребность в пространстве – фактор не только физический, но не в меньшей степени психологический: необходимо сохранять свободный, ничем не скованный ум, если хотите создать хоть что – то стоящее.
Ставь неприятеля не в трудное, а в безвыходное положение. Не стоит недооценивать врага: большая часть ваших противников, скорее всего, люди неглупые и изобретательные. Если своими маневрами и уловками вы просто зададите им задачку, они обязательно ее решат. Иное дело дилемма: что бы они ни делали, как бы ни реагировали – отступали, атаковали, оставались на месте, – все равно они в беде. Куда ни кинь – все клин. Стремитесь к тому, чтобы любая возможность оборачивалась для них проигрышем: если вы будете действовать быстро и точно, то сможете принудить своих врагов либо вступить в бой не подготовившись, либо отступить. Все время старайтесь завлекать их в положения, которые кажутся им заманчивыми, но на деле оказываются ловушками.
«Приверженцы войны до изнеможения», как называет их Симпкин, обычно неспособны мысленно выходить за рамки сражения и считают, что единственный (или, во всяком случае, предпочтительный) способ победить неприятеля – уничтожить физическую составляющую его армии, особенно боевые компоненты (артиллерию, войска, оружие и т. д.). Если такой приверженец и задумывается вообще о таких неуловимых составляющих войны, как боевой дух, инициатива или внезапное потрясение, то видит в них не более чем довесок, способный несколько улучшить ход сражения. Если воин «до изнеможения» и знает что – то о маневрах, они для него – не более чем способ скорее добраться до поля брани. Другими словами, он движется лишь для того, чтобы вступить в бой. Теория маневров между тем направлена на то, чтобы поразить неприятеля средствами иными, нежели простое физическое уничтожение. В самом деле, высшее и чистейшее назначение теории маневров – блокировать неприятеля, т. е. разоружить или нейтрализовать его еще до сражения. Если это невозможно, воин пытается переместить силы неприятеля, т. е. убрать их с решающей позиции и таким образом сделать их бесполезными, не имеющими значения для исхода схватки. Если же неприятеля невозможно блокировать или переместить, тогда приверженец маневренной войны попытается раздробить его армию на части, т. е. уничтожить или нейтрализовать его центр притяжения, например с помощью удара по слабым местам.
