— Для англичан — вполне успешно, — ответил Маунтбеттен. — Но можно было бы добиться и большего, если бы французы не прибегали к своим обычным штучкам. Жискар, похоже, считает себя ровней Карлу Великому и Жанне д’Арк. — Его соседи по столу вежливо засмеялись. — Нет, Тед, настоящая проблема, которая теперь стоит перед нами, довольно проста…
К тому времени, когда Маунтбеттен закончил свой рассказ о встрече в верхах, изложив свое личное мнение о Джеймсе Каллагане и Теде Хите, а также поведав о сложностях подбора жены для принца Чарльза и превратных последствиях Уотергейтского скандала, наступило время переодеваться.
— Одеваемся к ужину?
— Да, сэр, с вашего разрешения.
— Парадный мундир с наградами? — спросил Маунтбеттен в надеждой в голосе.
— Думаю, что это будет вполне уместно, — ответил Тед, вспомнив наставление Министерства иностранных дел о том, что адмирал любит надевать парадный мундир при любой возможности.
Маунтбеттен улыбнулся, когда увидел Карразерса в дверном проеме. Тед поднял бровь.
— Я приготовил полный парадный мундир, милорд, и взял на себя смелость выгладить ваши брюки. Горничная наливает вам ванну.
— Благодарю вас. — Маунтбеттен улыбнулся и встал из-за стола.
— Какой прекрасный чай, — сказал он, обращаясь к хозяевам. — И какие чудные помощники. Хэйзел, я не понимаю, как вам это удается.
— Благодарю вас, сэр, — ответила Хэйзел, стараясь не покраснеть.
— К какому времени я должен спуститься, Тед? — спросил Маунтбеттен.
— Мы ждем первых гостей к половине восьмого, когда подадут аперитивы. А к ужину пригласят в восемь, если это вам удобно.
— Нет ничего лучше, — объявил Маунтбеттен. — Какое количество гостей вы ждете?
— Около шестидесяти. Вы найдете список гостей на столике в спальне. Мы с Хэйзел зайдем к вам в 19:50, хорошо?
— У вас все рассчитано, Тед, — одобрительно сказал Маунтбеттен. — Я буду готов к моменту, когда вы войдете ко мне.
Он отправился вслед за Карразерсом.
Как только дверь за ним закрылась, Хэйзел обратилась к горничной:
— Молли, пожалуйста, уберите чайный сервиз. — Она на секунду задумалась. — Вы ведь Молли, не так ли?
— Да, мадам, — сказала девушка.
— Похоже, он все знает, — произнес Тед встревоженно.
— Возможно, но у нас нет времени переживать по этому поводу, — сказал Хэйзел, направляясь с очередной проверкой на кухню.
Гора картошки превратилась в кучу очисток. Миссис Тревис трудилась над соусами, постоянно посылая прислугу в лавку за специями. Хейзел еще раз убедилась, что не нужна на кухне, и пошла в столовую, где встретила Теда. Главный стол был теперь полностью накрыт: приборы из королевского сервиза, по три бокала для вина, льняные салфетки, а посреди стола красовался величественный серебряный фазан, который придавал убранству дополнительный блеск.
— Кто одолжил его нам?
— Понятия не имею, — ответил Тед. — Могу сказать только одно: завтра он улетит домой.
— Если мы не будем делать свет слишком ярким, — прошептала Хэйзел, — то он, может быть, и не заметит, что на других столах едят с других приборов.
— Боже, ты только посмотри на часы, — воскликнул Тед.
Они вышли из столовой и быстро поднялись по лестнице. Тед чуть было не постучал в дверь Маунтбеттена, но вовремя вспомнил кое-что.
Губернатору нравился его темно-синий замшевый мундир с алым воротником и обшлагами. Он любовался собой в зеркале, когда Хэйзел вошла в комнату, одетая в розовое платье от Харди Эмиса. А когда-то она считала его покупку пустой тратой денег, поскольку не видела никакого повода надеть его.
— Как же тщеславны мужчины, — заметила она, пока муж вертелся перед зеркалом. — А ты знаешь, что мундир нужно носить только зимой?
— Я отлично это знаю, — раздраженно сказал Тед. — Но у меня нет еще одного мундира. Да и потом, могу поспорить, что Маунтбеттен нас перещеголяет.
Он смахнул пылинку с брюк, которые только что выгладил.
Губернатор с женой вышли из комнаты Нельсона и спустились по лестнице к 19:20. Помощник дворецкого расположился у входной двери, а напротив него — две горничные с подносами, на которых стояли бокалы с шампанским. Хэйзел представилась всем троим и еще раз поправила цветы в вазе.
В 19:30 напольные часы пробили, и в холл вошел первый гость.
— Генри, рад видеть вас, — поприветствовал губернатор и добавил шепотом. — Благодарю вас за «роллс-ройс». И за Билла.
— Был рад помочь вашему превосходительству, — ответил Генри Бендалл. — А мне нравится ваш мундир.
В дверь проскользнула леди Катберт.
— Не смогла усидеть, — сказала она. — Не обращайте на меня внимания. Считайте, что меня нет.
— Дотти, я просто не знаю, что бы я без вас делала, — говорила Хэйзел, подходя к ней.
— Была рада подставить плечо, — сказала леди Катберт. — Я посчитала нужным прибыть вовремя, чтобы убедиться, что у миссис Тревис на кухне все в порядке. Кстати, машина стоит у входа, она в любой момент готова отправиться ко мне домой, если мы что-то забыли.
— Вы святая, Дотти. Я провожу…
— Не беспокойтесь, — сказала леди Катберт, — я знаю дорогу. А вы продолжайте встречать гостей.
