Это мистер Буше? Салли надеялась, что так оно и есть: тогда она наберется мужества и представится, как только уйдет этот коротышка в видавшем виды пиджаке. Тут молодой мужчина поднял глаза и широко улыбнулся ей. Салли быстро отошла в сторону и принялась разглядывать картины на дальней стене.
Только она подумала, стоит ли ей и дальше здесь околачиваться, как двое мужчин вышли из кабинета и направились к выходу. Она замерла на месте, притворившись, будто вся поглощена портретом девушки в желто-голубых тонах: было в этой картине что-то матиссовское.
— А что это у вас там? — раздался нахальный голос. Салли обернулась и оказалась лицом к лицу с мужчинами. Тот, что пониже ростом, показывал на ее папку.
— Так, несколько картин, — пробормотала Салли. — Я художница.
— Позвольте взглянуть, — сказал мужчина. — Возможно, я смогу определить, художница вы или нет.
Салли помедлила.
— Давайте-давайте, — настаивал мужчина. — Не могу же я тут стоять весь день. Видите, у меня важный клиент? И мы идем на ланч, — добавил он, указывая на высокого молодого мужчину, который пока не проронил ни слова.
— A-а, вы и есть мистер Буше? — спросила она, не в силах скрыть свое разочарование.
— Он самый. Так вы позволите взглянуть на ваши работы или нет?
Салли быстро расстегнула папку и разложила шесть картин прямо на полу. Мужчины наклонились и какое-то время молча разглядывали работы.
— Неплохо, — сказал наконец Буше. — Совсем неплохо. Оставьте их мне на несколько дней, и давайте встретимся на следующей неделе. — Он помолчал. — Ну, скажем, в понедельник, в 11.30. И если у вас есть что-то еще из последнего, захватите с собой.
Салли не могла вымолвить ни слова.
— Раньше понедельника никак не получится, — пояснил Буше. — Завтра в Королевской Академии открывается Летняя выставка. Так что несколько следующих дней ни секунды свободного времени не будет. А теперь простите…
Молодой мужчина все так же пристально изучал картины Салли. Наконец он взглянул на нее.
— Я бы купил вот эту, с черным котом на подоконнике. Сколько она стоит?
— Ну, — замялась Салли. — Я не знаю…
— Не продается! — решительно заявил мистер Буше, увлекая клиента к выходу.
— Кстати, — сказал высокий мужчина, обернувшись, — я Антонио Флавелли. Друзья зовут меня просто Тони.
Но мистер Буше уже выталкивал его на улицу.
Салли вернулась домой с пустой папкой и сказала родителям, что один лондонский торговец проявил интерес к ее работам. Но это пока всего лишь интерес, не более того, уточнила она.
На следующее утро Салли решила пойти на открытие летней выставки в Королевской Академии: неплохой шанс выяснить, насколько хороши ее соперники. Больше часа она простояла в длинной очереди, тянувшейся от входа через обширный внутренний двор и дальше на мостовую. Достигнув наконец верха широкой лестницы, Салли пожалела, что не вышла ростом и не может видеть поверх голов толпившихся повсюду людей. Побродив пару часов по залам, Сали решила, что уже вполне созрела для того чтобы выставить пару своих полотен на выставке в следующем году.
Восхищенная, она остановилась у «Распятия» Крейга Этчисона и заглянула в свою маленькую книжку-каталог, чтобы уточнить цену: десять тысяч фунтов стерлингов! Намного больше того, что она надеялась выручить за все свои работы, если бы решила выставить их на продажу. Но тут ее отвлекли. Сзади раздался мягкий голос с итальянским акцентом:
— Привет, Салли!
Она обернулась: Тони Флавелли с улыбкой смотрел на нее.
— Мистер Флавелли, — пробормотала Салли.
— Пожалуйста, зовите меня Тони. Вам нравится Крейг Этчисон?
— Он великолепен, — ответила девушка. — Я хорошо знаю его работы. Мне повезло: он был моим учителем, когда я училась в Слейде.
— А я помню, как еще совсем недавно можно было прикупить Этчинсона за двести, максимум триста фунтов. Возможно, и с вами будет точно так же. Вы видели здесь еще что-нибудь достойное?
Салли смутилась: серьезный коллекционер спрашивает ее совета, — но все же сказала:
— Да. По-моему, скульптура Джули Мэйджор «Книги на стуле» — поразительная вещь. Она очень талантлива, у нее большое будущее.
— У вас тоже.
— Вы вправду так думаете? — переспросила Салли.
— Неважно, что думаю я, — ответил Тони. — А вот Саймон Буше в этом просто убежден.
— Решили меня подразнить? — спросила Салли.
— Ничуть. Вы сами в этом убедитесь, когда встретитесь с ним в следующий понедельник. Он кое-что сказал вчера за ланчем: смелая кисть, необычные цвета, оригинальный замысел. Я думал, он не остановится. Кстати, он обещал продать мне «Спящего кота, который никогда не шевелится» — после того как вы сойдетесь в цене.
Салли не знала, что и сказать.
— Удачи вам! — улыбнулся Тони, поворачиваясь, чтобы уйти. — Хотя вам она, пожалуй, ни к чему. — Он немного помедлил и, развернувшись обратно, посмотрел на Салли: — Кстати, вы собираетесь на выставку Хокни?
— Я и не слышала о ней, — призналась Салли.
— Вечером будет частный просмотр. С шести до восьми. — Глядя ей прямо в глаза, он сказал: — Не составите мне компанию?
На какое-то мгновение Салли растерялась.
— Было бы здорово!
