— «Ковры: правда и вымысел» Абделя Веризоглу, семнадцатое издание, — сказала Маргарет в полной уверенности, что все возможные ошибки были устранены в предыдущих шестнадцати изданиях. — Очень содержательная книга. Похоже, самые хорошие ковры изготавливают в Гереке — их ткут из шелка, причем над одним изделием одновременно трудятся до двадцати молодых женщин и даже девочек.
— А почему обязательно молодых? — поинтересовался Кристофер. — По идее, в такой тонкой работе главное — опыт.
— А вот и нет, — парировала Маргарет. — «Гереке» — их так и называют — ткут люди с молодыми зоркими глазами, которые в состоянии различить замысловатые детали размером с острие булавки, а на квадратный дюйм ковра там приходится до девятисот узелков. Такой ковер, — подытожила Маргарет, — может стоить пятнадцать, а то и двадцать тысяч фунтов стерлингов.
— А что же мы тогда имеем на другом конце шкалы? Ковры из остатков лежалой шерсти, которые ткут женщины не первой молодости? — предположил Кристофер, ответив на свой собственный вопрос.
— Разумеется, — сказала Маргарет. — Но и при наших скромных средствах есть несколько простейших правил, которым мы должны следовать.
Кристофер склонился в сторону жены, чтобы сквозь рев двигателей в точности расслышать каждое слово.
— «Приглушенные красные и синие тона с зеленой основой считаются классикой и наиболее почитаемы в самой Турции, а вот ярких желтых и оранжевых, напротив, надо всячески избегать», — громко прочитала Маргарет. — «Не заслуживают также внимания ковры с изображением животных, птиц и рыб, поскольку они производятся исключительно на потребу западного вкуса».
— А они что, не любят животных?
— Думаю, не в этом дело, — пояснила Маргарет. — Мусульмане-сунниты, представители господствующей религии страны, не одобряют какие-либо изображения живых существ. Но если мы как следует поищем на базарах, то вполне сможем выторговать коврик за несколько сот фунтов.
— Прекрасный повод для того, чтобы провести целый день на базаре.
Маргарет улыбнулась, а затем продолжила:
— А теперь слушай внимательно. Это самое главное, когда ты начинаешь торговаться. «Стартовая цена, предлагаемая торговцем, примерно вдвое больше того, что он рассчитывает получить, и втрое больше реальной стоимости ковра». — Она подняла глаза от книги. — Если нам вдруг придется торговаться, это будешь делать ты, мой дорогой. Тут тебе не «Маркс и Спенсер», которые к такому не привычны.
Кристофер улыбнулся.
— Ну и наконец, — сказала его жена, переворачивая страницу, — «если торговец предлагает тебе кофе, надо принять это предложение. Это значит, что, как предполагает продавец, заключение сделки займет какое-то время и что сам процесс торговли ему так же приятен, как и ее результат».
— В таком случае им следует приготовить для нас емкость побольше, — заметил Кристофер и зажмурил глаза, чтобы представить все те удовольствия, которые его ожидают.
Маргарет закрыла свою книгу о коврах лишь тогда, когда самолет приземлился в стамбульском аэропорту, и открыла досье номер один, озаглавленное «Турция. Предварительная информация».
— Специальный автобус должен ждать нас с северной стороны терминала. Он доставит нас к месту посадки на внутренний рейс, — напомнила она мужу, старательно переводя время на своих часах на два часа вперед.
Вскоре Робертсы вместе с потоком пассажиров уже двигались в сторону паспортного контроля. Первые, кого они увидели впереди себя, была знакомая пара средних лет, которая, как предполагали Робертсы, собиралась в какие-то более экзотические места.
— Интересно, куда же они направляются? — спросил Кристофер.
— Полагаю, в «Стамбул Хилтон», — ответила Маргарет, когда они с мужем забрались в транспортное средство, списанное «Автобусной компанией Глазго» еще лет двадцать назад.
Вскоре Робертсы совершенно забыли о мистере и миссис Кендэлл-Хьюм: они смотрели в маленькие иллюминаторы легкого самолета и восхищались западным побережьем Турции, освещенным лучами заходящего солнца. Самолет приземлился в портовом городе Измир в тот момент, когда мерцающий красный шар исчез за самым высоким холмом. Другой автобус, еще древнее первого, доставил Робертсов в небольшую гостиницу как раз к ужину.
Их комнатка была маленькой, но опрятной, как и сам хозяин гостиницы. Он приветствовал их чрезмерной жестикуляцией и ослепительной улыбкой — неплохой знак.
Рано поутру на следующий день Робертсы сверились со своим детально расписанным планом на День Первый в папке под номером 2. Прежде всего следовало забрать «фиат», аренду которого они оплатили еще в Англии, а затем ехать на холмы, к древней византийской крепости в Сельчуке. А потом, если останется время, они хотели посетить храм Дианы.
