Едкий запах новой, сильной волной коснулся носа девочки. Она поморщилась, прикрыла нос ладошкой и замерла, вытянувшись в струнку. Малышка неотрывно смотрела на бледнеющий силуэт женщины, которая будто таяла на её глазах.
Из противоположного угла помещения послышался тихий вздох. Девочка настороженно перевела взгляд и увидела сгорбленного мужчину. Его большие руки безвольно повисли, он сидел прямо на полу, низко опустив голову.
В невинных глазах напуганного ребенка собрались капельки слёз, готовых пролиться в любую минуту. Девочка тихонько всхлипнула.
Девочка любила ходить в «дом» по нескольким причинам: она с удовольствием убегала из холодного помещения, где жила последние два года, в светлое и уютное здание из большого белого камня, которое каждый раз приветливо распахивало перед ней свои тёмно-красные двери. Оно представлялось девочке воздушным облаком, из окон которого всегда струился мягкий, солнечный свет.
Туда ходило много разных детей, и ей сразу понравилась эта неугомонная, гудящая атмосфера. Там она впервые в жизни подружилась с другими детьми, а строгая, но добрая женщина в очках, каждый день рассказывала им множество интересных вещей.
В этом облаке она чувствовала себя значимой, нужной. Не одинокой.
Но когда наставал момент возвращаться назад, девочка чувствовала опустошение, зная, что её ждёт впереди. Небольшая угрюмая камера с облезлыми стенами; будто повисшая в воздухе, тяжёлая и невидимая паутина страха, которая окутывала её каждый раз, как только за её спиной с жутким лязгом закрывалась дверь.
И этот страх не был связан с ней самой, нет. Она страшно боялась за две призрачные фигуры – мужчины и женщины, которые иногда показывались перед ней. Когда наступали эти редкие моменты, девочка была счастлива: они разговаривали с ней, помогали заниматься с разными книжками, ходили на прогулки и иногда устраивали чаепития, так похожие на счастливые семейные, а для кого-то обыденные посиделки.
Эти моменты девочка особенно ценила, бережно храня воспоминания о каждом из них.
Она никому не говорила о том, что происходило в этой камере, ни друзьям, ни доброй женщине в очках. Девочка решила, что если она будет заботиться о себе сама, а так же о призраках, то она сможет всё исправить.
Девочка как-то раз услышала, что всё в этом мире происходит не просто так. И если ей суждено было оказаться в этой страшной камере, значит, она заслужила такую судьбу. Значит, она должна была стать взрослой и принять правила.
Временами, когда девочка не посещала большое облако из белого камня, у неё появлялась возможность заниматься чем-то другим. Но оставаться просто так в пустой камере она тоже не могла. В эти, особенно тяжёлые дни, она гуляла со своими друзьями, которые появились у неё совсем недавно. Зимой, дети дружной ватагой катались с большой деревянной горки на центральной площади, играли в снежки и строили снежные замки во главе со стражником-снеговиком; в тёплое время года собирали ягоды в лесу, который находился рядом с огромным парком; прогуливались под сенью высоких сосен, качались на больших зелёных качелях, с каждым разом всё ближе поднимаясь к бескрайнему небу. В эти моменты, девочка не испытывала страха высоты, а мир казался ей понятным и приветливым.
– Мне пора идти, а то мама будет ругаться, – один из друзей ловко спрыгнул со своих качелей. – Обедать пора.
Другие дети радостно поддержали его.
Девочка согласно кивнула, и попыталась придать своему лицу спокойное выражение: приближения этих слов она боялась, но в то же время понимала их неотвратимость. Остальные дети не могли проводить на улице весь свободный день, в отличие от неё.
– Может быть, мы ещё немного погуляем?
Иногда ей не удавалось скрыть надежду в голосе, и она каждый раз ругала себя за эти промахи.
– Я хочу есть, – сказал один мальчик и решительно пошёл в сторону выхода из парка. – А ты разве нет?
Девочке ничего не оставалось, кроме как пойти вслед за ними.
На такие случаи, у неё было заготовлено два плана, которые она смогла придумать, когда впервые столкнулась с «обеденным временем».
– Идём.
Дети разошлись на перекрёстке, договорившись встретиться вновь через некоторое время, и девочка, проводив их взглядом, приняла решение не возвращаться в пустынную камеру, где её не ждало ничего, кроме уже знакомой паутины и едкого запаха прозрачной жидкости.
Она решила продолжать бродить по близлежащим окрестностям, пережидая это время и одновременно справляясь с привычным чувством голода.
Однажды, в камеру номер девять пришли двое пожилых людей. Они были хорошо одеты и ухожены, но эти люди не выглядели счастливыми и независимыми взрослыми людьми. Их мысли всё время занимала неутихающая тревога, направленная на собственный внешний образ перед другими. В каждом их движении скользила плохо скрываемая дрожь.
