- Ну еще бы, - отворачивает в сторону голову сержант, - своим видом без штанов он тогда так распугал духов, что они сразу разбежались, а я все боялся, что он также испугает и наш медперсонал.
Это намек на врачиху. Кажется она тоже поняла в чем дело и улыбнулась. Над Коцюбинским стали потешаться.
Мы проехали мимо первого поселения и увидели удивленные лица афганцев, собравшихся на улице.
- Ну вот, - комментирует Джафаров, - это мы на халяву проскочили первую деревню, вот увидите, потом уже такой радости не предвидится.
- Не каркай.
Дорога на удивление многолюдна и нам приходится все время кого то догонять или отставать.
- Почему же мы столько людей не видели там на перекрестке.
- А по карте, с Герата, есть еще дорога, она здорово петляет и выходит сюда, если бы вы были повнимательней, то заметили, что мы уже проехали пересечение дорог.
- Мы не видели ее, мы смотрим на горы.
- Вы должны замечать все.
- Почему же с нее на нас не нападали?
- В начале войны, мы использовали эту дорогу, но потом поняли, что по конфигурации и по сложности ландшафта, нам потребуется для ее охраны значительное количество сил. Где то, через два года после начала войны, духи нам устроили здесь настоящую мясорубку, когда мотополк двигался от границы к Герату. С тех пор мы сократили поток грузов через нее, а потом и вовсе прекратили, бросив основную массу охранных войск по шоссе Кабул - Герат. Похоже, мы тогда договорились с полевыми командирами на этой дороге, что они нас не будут трогать, а мы их. Война здесь затихла... Духи же использовали ее для переброски своих сил в разные районы...
- Нам давно надо было уйти со всех дорог и убраться домой..., - заметил сержант.
- Что же мы охраняли? - глупо удивляется Коцюбинский.
- Шоссе на Кабул...
Дорога опять петляет по горам. Вдруг как то пропали машины, телеги и пешие. Как будь то всех афганцев сразу предупредили, что мы едем и что то будет... Неожиданно впереди танк останавливается, с него соскакивают солдаты и тут же в наушниках раздается голос Кострова.
- Первый, передают с разведочного БТР, там на вершине непонятное движение.
- Мы подъедем...
Как только БТР останавливается у танка, солдаты по привычки лихо спрыгивают с брони. Даже врачиха, выпрыгнула как коза, оказавшись у больших колес машины.
- Вытащите раненых из БТР, машину вперед. Лейтенант Петров, идите к разведчику, ведите разведку.
Бронетранспортер пошел по шоссе к перевалу. Мы терпеливо ждем.
- Говорил я, что начнется, - говорит Джафаров.
- Заткнись.
Тихо так, что слышно как перегревшаяся вода булькает в системе охлаждения танка.
- Первый, здесь завал и никого нет, - слышится в наушниках голос Петрова, - подкиньте танк.
- Затащите раненых на броню, поехали.
На перевале на дорогу наброшены и выворочены несколько огромных камни.
- Смотрите вокруг внимательно. Расчищайте проход.
Большим тросом танк оттаскивает камни, создавая проход.
- Это нам первый звонок, - говорит Петров, подойдя ко мне.
- Плохо. Время против нас.
- Видно впереди нам что то готовят. Я в плен то попал на дороге... Точно в такой ситуации... Шел на БТРе первым, а они сделали обвал на дороге. Всех, кто был сверху на броне, сразу в лепешку. Я тогда внутри машины, вместе с водителем находился, сидел на радиостанции. Больше двух суток находились в завале, откопали уже духи...
- Что же наши, разве не знали, не могли помочь?
- Наших разгромили. Всю колонну по частям засыпали и каждую часть добивали. Потом прибыли вертолетчики, сняли кого могли и ушли.
Самый большой камень свернули в сторону, расчистив узкий проход. В БТР затащили раненых, мы полезли на верх, на броню. Я махнул рукой Кострову, высунувшемуся из люка танка. Колонна поехала дальше.
- Теперь держись, ребята, - это опять Джафаров.
Кажется мы никогда так внимательно не следили за горами, как сейчас. У всех нервы на пределе.
- Лучше на родном посту сидеть под снарядами, чем так дрожать под невидимым прицелом, - замечает Коцюбинский.
- А ты свои шаровары повесь на штык, сразу все духи перед дорогой исчезнут, - бросает ему реплику сержант.
- Катись, колбаской...
Проползаем новую деревню. На этот раз все вымерло, никого не видно.
- Не ушли, по домам сидят, - бросает бывший пленник.
- Почему так думаете?
- Когда уходят или прячутся в горах, так с собаками. А здесь все собаки на улице.
Действительно, несколько собак непонятной породы облаивали нашу колонну.
- Бросить танки и рвануть бы побыстрей, - замечает Коцюбинский.
- Когда духи выставят пушки, будешь мечтать о танках, - опять ему отвечает Джафаров.
Уже ни у кого нет сомнения, что маджохеды могут применить пушки, танки и всевозможную технику. Поэтому все опять замолчали. Мы ползем за ведущим танком и нашим разведчиком. Проехали деревню.
- Товарищ старший лейтенант, когда остановка, - спрашивает один из легко раненных.
- Дуй прямо с машины, - советует сержант, который догадался в чем дело.
- А как же..., - он вопросительно смотрит на Ковалеву.
- Дурак, доктор уже все повидала и нашего брата насквозь изучила. У тебя же к тому же не на что смотреть...
