И вот началась борьба с моим духом, обладающим тысячей уловок. Друзья каждого твердо стоят, но время от времени обман возобновляется. Следуют чудесные возвышения и падения, и сияет лик руководства. Я не знаю, чем это закончится, и где остановлюсь, с какой из трех форм103 Божественного знания соединюсь навеки. Или 392 какое волшебство приведет к последнему живительному сну. У Страха бородавка на лике (мысли), дабы различные красоты Вселенной не вошли в дом его тяжкого труда. У Надежды открытый лик (мышление), дабы могла она с радостью нести печали смертных на плечах своего гения. Быстрый и осмотрительный путник, оставивший навозную кучу Страха, мелкий сад Надежды, костер Приобретения и увеселительные просторы Роста, не привязан к радости и печали. Каждую секунду в лагерь доставляется приказ остановиться, и не успеваю я согреть место, как слышится призыв из другой двери.
Я есть собственный многообразный мир104.
При такой внутренней борьбе я принялся по приказу преданности за написание этой значительной истории. Верноподданные пира верности не обращаются к другой работе. Почему бы и нет? И почему это должно казаться странным? Благодаря служению Падишаху просвещения безделушки мира легчают на весах души, и великолепное зрелище внешнего мира теряет ценность при виде [его] порогов. Потребность движет пером, восхваляя великий дар, а прославление становится страстным. Новое сияние окружает сердце мое для описания истории истины. Я не измеряю воду решетом подобно сластолюбцам105 и не толку воздух в ступе. Будет лучше, если я не стану откры-
вать крышку своей непонятной души и не брошу в пространство тайну своего сердца. Не стоит провозглашать того, что не достигает слуха современников и не воспринимается зрением обычных людей.
Если бы мне нужно было рассказать о мыслях сердца своего, Ты бы, как и я, удивился или не поверил.
«Абу-л Фазл, сын Мубарака, почему твое стремящееся к мудрости сердце наполнено шепотами о таинственном и речами об умалчиваемом? Ты выносишь свои мысли в зал гласности и допускаешь незнакомца в тайные палаты своего сердца? Весна проницательности струится из твоих чистых, сокровенных палат. Какая частица мудреца позволяет вину106 изливаться? Твердо стой на поприще служения и обращайся к Аллаху, прославляя своего царя. Выражай священные таинства земным языком!»
Весть истины спасла мое сердце от безрассудства. Решительность обрела силу. Жажда труда преумножилась, и слава снова снизошла на меня! Надпись, начертанная Удачей на портике моей судьбы и отдавшая в залог этого раба Благодарности, заключалась в том, чтобы я привязал себя седельным ремнем к вечной власти и стал историком чудес. Созвездие интеллектуального горизонта и звезда духовных небес («Акбар-наме») благодаря своему прославленному продвижению день за днем прикасалась к благословенному слуху (Акбара), ибо, попав на язык пера, переносилась на бумагу и благосклонно им принималась. Радуйся, раб, чью службу одобрил сам Шахиншах, ты был отмечен похвалой его Двора!
Слава Аллаху! Первую хронику
Я написал просто прекрасно,
Во время работы над ней
Слово было моим, а вдохновение — шаха.
Пусть наполнит меня надеждой талант,
Небеса даруют свободное время, а Удача — мужество!
Росчерком пересекающего небеса пера
Доведу я до конца сей возвышенный труд107.
К ГЛАВЕ 46
[Ходжа Абд-ал-Маджид был родом из Герата и вел происхождение от шейха Зайн-ад-дин Абу Бакра Таибади. Он начал службу еще при Хумаюне в небольшой должности при диване и возвысился при Акбаре. Абу-л Фазл включил его в список вельмож под № 49: Аин-и-Акбари, I, Аин 30.]
[То есть поднявшегося от писца до военачальника.]
[Бандху (или Бандхугарх — «крепость брата») — современный Бандхавгарх. Расположен в дистрикте Умария, штат Мадхья Прадеш, Индия. Крепость насчитывает около 2 000 лет и, согласно легенде, была дарована Лакшмане его старшим братом Рамой («Рамаяна»). Сейчас это центр Национального парка Бандхавгарх по сохранению бенгальского тигра, основанный махараджами княжества Рева.]
Возможно, Бирбал, служивший некогда радже, был просителем. [Г. Блохманн в комментарии о радже Рам Чанде указывает, что, кроме Бирбала, за раджу Рам Чанда просил Зайн-хан Кока, молочный брат Акбара.]
К ГЛАВЕ 47
У Баязида и Низам-ад-дина — Фазаил.
Вероятно, Займуни к западу от Кабула. См.: Абу-л Фазл Аллами. Акбар-наме. Кн. 2. Самара: Агни, 2005. С. 186. [В «Бабур-наме» (197 б) это селение упоминается под названием Замма-Яхши.]
[В «Бабур-наме» (240 а) Мама Хатун — это населенный пункт недалеко от Исталифа.]
[Ходжа Се-Яран — селение недалеко от Чарикара. Бабур отметил его как единственное место вблизи Кабула, где рядом росли деревья трех видов: чинары (платаны), дубы и желтый и красный аргуван (багряник, иудино дерево). Бабур приказал благоустроить источник, обложив его камнем, и облицевать берега алебастром и цементом. (Бабур-наме, 136 б-137 а.]
