— У нас турецкая вечеринка? Рахат-лукум и танцы живота? — я выдвигала нелепые версии, стесняясь тишины, среди которой была слышна лишь тихая поступь моих мужчин.
— Ты не шути так, иначе Туат это воспримет как серьезное требование!
— Для жены я готов не только на танец живота! Могу еще и в лучших традициях парней в униформе! Ты кого предпочитаешь: пожарников или полицейских? — я чувствовала, что Туат смеется, но в его голосе все же проскальзывали нервные нотки.
— Пожалуй, ограничимся рок-звездами, — а ведь я не помню ни одной песни «Рабов Солнца».
— О, нет! Сумасшедшие фанатки никогда не сравнятся с неуловимыми горячими штучками вроде тебя.
Я рвано вдохнула, вспоминая, на что способны братья. Похоже, меня ожидает месяц, полный новых впечатлений и сексуальных открытий.
— Тебе удобно, мой ангел? — Сид опустился передо мной, поправляя повязку на глазах, и убирая волосы назад.
В этом было столько заботы, трепета, тепла. Меня всегда умиляло, когда грубые мужские руки пытались быть невесомыми и нежными.
— Угадай, что это! — кусочек чего-то прохладного и влажного коснулся моей нижней губы, оставляя на ней тонкий фруктовый аромат.
Чувствовать до боли знакомый запах и не понимать, что же это, было весьма неожиданно. Мой мозг закипал, предлагая множество вариантов, а рецепторы были готовы уловить хотя бы крошечную подсказку, даже волоски на руках встали дыбом, желая мне помочь.
Я втянула нижнюю губу, чтобы почувствовать вкус, оставшийся на ней, и услышала, как кто-то из мужчин тяжело глотнул. Только сейчас я представила, как все это выглядит со стороны, и насколько возбуждает тех, кто не лишен зрения.
— Яблоко? Красное…— предположила я.
— Ответ не верный… — и чьи-то губы накрыли мои, избавляя их от запаха фрукта, взамен пропитывая своим.
Между лопатками пронесся холод, сменяющейся щекоткой. Эта мелкая дрожь, словно бенгальский огонек, побежала вниз по позвоночнику и разлилась теплом по ягодицам. А настойчивые губы все это время продолжали нежно слизывать остатки сладости. Кажется, это был Сид.
— Если ты забыл, напомню, что мы обещали накормить нашу жену завтраком, — смешливый укор Туата, сидящего где-то поблизости, подтвердил мое предположение.
— Увлекся, прости… — Сид с трудом оторвался от меня, — Попробуй теперь это!
Я приоткрыла рот, готовясь принять новую порцию игры, но первым делом почувствовала мягкий сливочный аромат, побуждающий накинуться на «нечто» и поглотить его мигом. Что я и сделала.
Мой рот обволокло теплой, тягучей субстанцией, и приторная сладость растеклась по языку. Я застонала от удовольствия. Ириска…
— Ммм, как вкусно… можно еще?
Я потянулась губами вперед, требуя продолжения, но вместо мягкого и липкого десерта наткнулась на кусочек льда.
— Эй! — я отпрянула, и сморщилась от недовольства, но, кажется, это раззадорило мужчин только сильнее.
Гладкий кубик снова обжег холодом губы, и капелька растаявшей воды стекла по подбородку. Лед же продолжил путешествие по моей коже вслед за ней, остановившись у кромки простыни, обмотанной вокруг моей груди.
Я чувствовала, как талая, но все еще холодная вода стекает в ложбинку и стремится вниз. Туда, где уже стало жарче, чем я хотела бы.
Мне казалось, что мое сбивчивое дыхание, мурашки и пересохшее горло выдавали меня с головой. Я ждала, что еще мгновение, и я почувствую на своих бедрах две пары рук.
— Продолжим? — как ни в чем не бывало поинтересовался Сид.
Интересно, его штаны еще не лопаются? Потому что подо мной уже наверняка лужица.
— Открывай…— и большой палец мягко потянул мою губу вниз.
Я послушно открыла рот, надеясь, что на этот раз это будет что-то вкуснее льда.
— А теперь попробуй дотянуться язычком…
Я медленно высунула напряженный язык. Ничего не почувствовав, я покрутила им по сторонам, и решила, что должна наклониться немного вперед. И кончиком наткнулась на что-то мягкое, густое как кисель, слегка сладкое и немного теплое. Я даже не успела предположить, что это могло бы быть, как услышала тяжелый выдох.
— Да, детка, оближи его.
И палец погрузился в мой рот, нагло проникая поглубже.
Ну что ж! Гулять так гулять! Раз уж начали…
Я обхватила палец губами плотнее, и втянула его еще глубже. Провела языком по всей длине, а потом стала кружить и дразнить кончик пальца, то выпуская его изо рта, то всасывая внутрь.
