Впрочем, план у меня родился в процессе всего этого. Мне нужно узнать как можно больше о своих потенциальных партнёрах? Так почему бы не провернуть тот же трюк, как и с Мордредом? И для этого всего лишь надо найти душу какого-нибудь из Тысячи Сынов, после чего пройти её путь и слиться с ней.
Всего то.
Тень легла на края великого разлома, который словно бы дышал и расширял на момент вдоха. Вдох мог длиться целыми месяцами и даже годами, укрывая соседние системы и накрывая их пеленой варпа. Это сопровождалось все возможными аномалиями начиная от изменения потока времени и заканчивая банальными появлениями культов.
Затем следовал выдох и тогда орды демонов начинали атаковать Империум в самых разных его местах. Благодаря Великому Разлому Хаос теперь мог атаковать в любом месте, ведь разлом позволял стремительно перемещаться по нему и следовательно выходить не только в Оке Ужаса, как раньше, а по всему этому шраму мироздания, который рассёк галактику.
И очередной прилив начался для меня с чистки.
— Умоляю не надо! — кричали люди, прикрывая руками, но беспощадный удар копья пронзил очередного чернокнижника.
Они сочли, что им дозволено всё, что они выше закона и что раз они сильнее, то могут приносить в жертву собственных соседей. Демоны рвались прямо сюда, пользуясь слабостью вызванной свободой, начинали терроризировать системы и всё это приводило не только к бунтам, но и к упадку эффективности. Меня это конечно же не устраивало.
И хоть свобода у нас была на уровень выше всех любых государств, но всё же у нас тут не царила анархия. Я был правителем систем, моя власть была абсолютной и существовали законы. Все кто их нарушил теперь вырезались прямо на улицах. Гигантская процессия проходила по этой планете, после чего корабли отправились разнести моё слово в другие места.
Всякий демон, всякий чернокнижник, который вредил обществу и посягал на права свободных граждан — подлежал жестокому уничтожению. За первую ночь я поглотил свыше сотни тварей, а затем ещё тысячи душ стали моей пищей. Каждый должен был уяснить позабытое правило: в Хаосе прав сильнейший и сильнейшим для них был я. Я устанавливал границы дозволено и я определял когда они нарушались. Только так будет на моих территориях и никак иначе.
Вскоре же с небес спустились шаттлы, из которых потоком начали выходить технорабы и скитарии, при поддержке различных сервиторов. Общая численность этой армии составляла целых сорок тысяч. Довольно много с учётом прошедшего времени. Но архимагос Эпсилон трудился день и ночь, используя все свои знания и знания своих подчинённых.
И пусть эффективность составляла всего лишь шестьдесят три процента, но эта цифра будет расти, как и мир-кузня.
— Стальная армия прибыла по вашему приказу, — произнёс магос-доминос, назначенный Эпсилоном и тут же приклонивший колени предо мной.
— Поддержите порядок. Слишком много демонологов посчитали меня слабым и решили проводить незаконные обряды. Большая их часть стала вместилищем неконтролируемых демонов, другие просто обезумели и превратились в маньяков. Вам надо отловить остатки, которые я не добил, — произнёс я, всё ещё держа в свои многочисленных руках хребты колдунов. — В скором времени ночь и тишина закончатся, тогда начнётся ответный удар Хаоса.
Неистовый Крестовый Поход был решительной мерой и нанёс очень сильный удар по Хаосу, как и само возвращение Жиллимана. Однако был и ряд минусов, которые спустя время уже сказались на всём Империуме. Да, Жиллиман отбросил силы Архиврага, вернул под контроль тысячи и более миров. Его действия сплотили все разрозненные структуры и единым фронтом выступали как ордена астартес, так и экклезиархия, несмотря на многочисленные обоюдные обиды и тысячелетнюю неприязнь.
И всё же на такую авантюру пришлось потратить множество ресурсов. Более того, на создание логистики в новом Санктум Империуме также пришлось потратить немыслимое количество сил и времени. Миры полагающиеся на то, что Кадия будет стоять вечно и что враг будет атаковать лишь из Ока Ужаса вдруг обнаружили, что теперь орды Хаоса прут с самых неожиданных мест.
Всё это стало причиной возведения обильного количества миров-крепостей, перестройки всех взаимосвязей и в целом Империум стремительно менялся, переплавлялся в горниле жестокой войны. И в момент этих перемен он становился крайне уязвимым. Где-то начинался голод, где-то уровень жизни падал настолько, что начинались жестокие гражданские войны, а фронт требовал всё больше кораблей и штыков, вынуждая пахать по четыре смены в сутки.
Без сомнения я мог прямо сейчас сказать, что жизнь на моих планетах в разы лучше, чем жизнь на среднестатистическом мире Империума. Без преувеличений жизнь большинства жителей хаоситских миров в этом веке отметится куда более спокойной и стабильной, хоть конечно и не идеальной. Впрочем, война дошла и до нас, как и прятаться от неё я не собирался.
