Он не был воином Императора, не полетит завоёвывать галактику, он даже не разменная монета и не инструмент. Он просто ошибка, досадный промах Величайшего из Людей. И этот промах должен будет уничтожен, чтобы не позорить своим существованием творца. Прямо как первые люди в результате селекции резали глотки слабому потомству, так и... так вырежут и их.
Без жалости, без сомнений, без права что-то изменить.
– И тот факт, что в вас сильны эмоции, что вы можете найти в себе волю взять и скорректировать даже Его приказ... – шептали голоса из тьмы, что наполняла шатёр. – Это не ваша сила, а слабость и порок. Потому что так сказал ваш Отец, а его слово первостепенно и вокруг него будет строиться всё, включая мнения, которые станут одинаковыми и неизменными. Ведь он желает уничтожить Хаос, который уже проник в вас с не желанием убивать детей по слепому приказу и стремлением окружить себя братством, мирскими ценностями в лице трофеев, а также в стремлении к славе. И что самое главное – вы олицетворяете его животное начало, его слабости, которые он так желал побороть, но пока не смог.
Вестгот слушал эти голоса очень долго, с того момента как я попал в его тело, став невольным проводником Хаоса. Он сводил его, а я по началу даже не замечал. И вот уже гигантская тень великого воина нависла над Вестготом. Раньше он видел в ней своего Отца, но теперь... теперь там было то, чего даже сам Вестгот боялся.
– Уходи... прочь... – вяло отвечал он.
– Тише, я тебе не враг, – прошептал я, присев на колено рядом с почти сломленным громовым воином.
Мрак вокруг был настолько плотным, что даже я не мог его отогнать. Слишком силён был Хаос и слишком слабым оставался я, несмотря на частичку знаний Тзинча, на его дары, на десятки лет обучения и поглощения множества душ. Всё это не было даже каплей в море, это было чем-то ещё меньшим.
Я смотрел в его уродливое лицо, покрытое шрамами, в тусклые глаза мертвеца. Он буквально умирал, но смерть что пришла за ним не имела отношения к физическому. Болезнь разума разрушала изнутри всё, нарушая и ломая всё и вся. Мне хотелось найти какие-то слова, дать бой голосам, отогнать от него тьму, но... я не мог найти того оружия, что мне помогло. И даже обратится за помощью было не к кому.
А ведь будь здесь тот же Алор или Мордред, то может всё сложилось бы иначе? Им куда легче понять Вестгота, а я всё дальше уходил от обычного человека. Хотя... может мне просто было сложнее признаться в том, что я оставался таким же слабаком и вскоре сам столкнусь с тем же? И также буду сидеть, смотря в пустоту, не понимая зачем всё это? Зачем было сделано столько телодвижений, если всё обесценят в один миг?
В этот же момент я вдруг почувствовал, что нахожусь здесь не один. Тень была рядом, маленькая и слабая, настолько незначительная, что недостойна даже собственного имени. Она была настолько мала, что даже на фоне отголоска Лекса выглядела песчинкой в пустыне. По этой и другим причинам она смогла оказаться здесь.
И хоть незначительной казалась эта тень, но роль её была наиважнейшей.
– Оставьте меня... не мешайте... – повторял Вестгот, слабой и болезненно потускневшей рукой пытаясь отогнать нас.
Я же с любопытством посмотрел на Тень, которая смотрела на меня, словно бы ожидая разрешения. Она была частью меня, но почему-то понять её было невероятно сложно. Наверное из-за того, что понимать в целом было нечего. Ведь невероятно сложно изучить то, чего практически нет.
Но стоило мне лишь кивнуть, как она встала с колено, изменив свою позу и подошла к Вестготу сбоку, присев совсем рядом. И Вестгот, чьё чутьё было унаследовано от Императора, внезапно повернул голову. Он ничего не видел, мрак был слишком плотным, но тем не менее он почувствовал это лёгкое дуновение Имматериума среди шторма.
Рука тени протянула ему нечто, что было сокрыто даже от меня. Напряжение во мне сразу выросло, страх пронёсся по всей душей, эхом ударив по тем, кто находился сейчас вокруг моего физического тела и якоря души. Для них это было мгновение, для меня же здесь в прошлом, что было окутано варпом, могли проходить и года.
Однако после я тут же себя одёрнул, почувствовав что и из-за моей спины кто-то смотрит за всем происходящим. А Тень исчезла, после чего Вестгот потерял сознание. Мне тот час пришлось занять его тело, чтобы то не умерло. Постепенно нормальный цвет кожи вернулся, с трудом, но мне удалось встать и выйти на свежий воздух. Из-за того что шатёр был плотно закрыт, а внутри был разожжён костёр, в организме скопилось угарного газа.
Но тело громового воина было сильно, потому постепенно всё возвращалось в норму. А я, отдышавшись, увидел перед собой группу юношей и девушек, примерно человек десять. Лишь бросив на них взгляд, я в тот же миг заставил их всех покорно потупить взгляд, склонить головы и принять уязвимую позу. Это произошло даже несколько случайно, ведь подобный эффект вложенный в громовых воинов Императором я пока что не контролировал.
