- Да, чтоб мне воскреснуть! О, мой Ра! Нет! - Джина стремительно начала отступать, энергично замотав головой, пока не споткнулась, продолжая отползать, пока не уперлась в стену, - Только не снова! Только не во тьму! Я столько тысячелетий провела во тьме, я больше не вернусь туда! Осирис, пощади, повелитель! - в её глазах горел подлинный страх, она даже позабыла о своих змеях и скорпионах, замерших в ожидании её дальнейших приказаний.
- Ты?... - выражение изумления так и застыло на смуглом лице мужчины, - Как ты меня назвала?
- Внешность может измениться с течением тысячелетий, но сущность остается неизменной, - девушка заметила его растерянность, и немного осмелев, поднялась, отряхивая одежду, - Сущность - это то, что остается незыблемым. Как пески могут поглотить города и поселения, скрыв их от посторонних глаз до той поры, пока не настанет час разгадать сокрытое.
- Как гласит песнь арфиста - оставь свою печаль и думай о радости, не позволяя грусти завладеть твоим сердцем, проводя на земле отмерянный богами час. Как реки впадают в моря, так человек плывет по водам жизни, и как долго бы он не плавал - рано или поздно ему суждено причалить. И когда дни его будут подсчитаны, предстанет он пред очи на суд Осириса, и взвесят сердце его на весах правосудия. Тому, чье сердце не отягощено грехами, бояться нечего, - Джон прикрыл рот руками, неуверенно глядя вокруг, - Но, как? Чьи это слова? Почему они мне знакомы?
- Эти слова принадлежат тебе, повелитель, - девица гордо выпрямила спину, изучая взглядом этого мужчину, желая убедиться, что это действительно тот, о ком она говорила, но ошибки быть не могло, слишком сильна была его аура, и его глаза, в которых читались судьбы мира, - Неужели не помнишь?
- Как твоё имя? - наконец спросил мужчина, начиная мучиться от нарастающей головной боли.
