Потом на телеге приехал Батя с мужиками, снова обнимашки, дед даже всплакнул чутка. Он-то нам и сказал, что, когда мы уехали, Братишка наотрез отказался уходить от того столба. Его и звали, и пытались приманить едой, но тот не уходил. На следующий день пошёл дождь, но он не уходил, сидел ждал Сливу. Вот мужики и сделали ему будку, в которой он все эти дни и жил, а дети таскали ему туда еду. Вот же верный-то какой, дождался Сливу.
— Мать, зови всех, накрывайте на стол, – громко крикнул на всю деревню батя, – наши вернулись, будем гулять.
Что такое гулять, я уже знал. Слива вон тоже как-то разом пригнулся и сглотнул. Не, у них конечно всё очень вкусно, но ползать снова с полным брюхом, вернее, сделать попытку пошевелиться, я не хотел. У меня после того «гулять» их еда несколько дней переваривалась. Причём батя отдал команду, даже не спрашивая, где мы и что, и сколько нас. Просто гостей надо накормить и точка. Их гостеприимство может убить.
— Подождите люди, – собрав волю в кулак, крикнул я.
Народ разом притих и уставился на меня, как много знакомых лиц. Оглядевшись, я увидел, что один из наших катеров стоит позади меня. Забравшись в его кузов, я обалдел от толпы, которая была вокруг нас. С ума сойти, тут походу сейчас вся деревня. Вот как им сказать? Что сказать? Мысли лихорадочно собирались у меня в голове и чёткой линии не было. Вроде и продумывал эту речь, а тут все мысли разом куда-то потерялись, у меня не сейчас не башка, а какое-то Шереметьево. А, была не была, ляпну как есть.
— В этот раз мы пришли не с пустыми руками, – начал я орать и размахивать руками.
Эмоции буквально переполняли.
— Как вы видите, мы благополучно вернулись домой с помощью ваших сыновей, – показываю рукой на братьев, Карта и Бубу, тот опять че-то жуёт, стоит, – спасибо вам за помощь, у нас всё получилось.
Кто-то засвистел, кто-то захлопал в ладоши. Мля, я ща точно, как Ленин на броневике, именно такие ассоциации у меня сейчас возникли. Туман с пацанами гады смеются стоят, видать понимают, что я сейчас чувствую. Поднимаю руки, призываю всех успокоится, свист и улюлюканье стихли.
А дальше, дальше я нёс какую-то хрень, по крайней мере мне так казалось. Как я уже сказал, у меня из башки вылетела вообще вся заготовленная речь. Там сейчас и Шереметьево, и Внуково, и Домодедово, и вообще все аэропорты мира. Но я чё-то говорил и говорил.
Глава 4.
Александр. Деревня. Вечер. 17 мая.
— Саня ещё будешь?
— Да.
Слива, ухмыльнувшись и немного пошатываясь, подошёл к одной из деревянных бочек на двести литров, стоящих на телеге, и, открутив краник, наполнил мой кубок до краёв. Закрутив краник, он как Никулин пальцем снял последнюю капельку, облизал палец и вернулся ко мне.
Следом за Сливой к бочке по одному подходят наши пацаны. Даже вон непьющий Полукед и тот наливает.
Вино — вещь, сидим бухаем и смотрим за процессом приёма грузов, ну как можем, помогаем, словом. Рядом на нескольких кострах в огромных казанах местные женщины и девушки готовят еду. Чуть дальше уже стоят сбитые длинные столы и на них так же местные снова и снова ставят тарелки с едой.
А мне хорошо, я уже знал, что сегодня мы опять наедимся так, что я Бе сказать не смогу, да и пох. Булат, Кайта и Шварц уже наелись до отвала и теперь валяются вон в травке, Братишка с ними, но нет-нет, но поглядывает на Сливу, словно боится, что тот опять куда-то уедет.
— Мне синюю, можно мне синюю? – прокричал мужской голос.
— Да уж, местные охренели, – падая рядом со мной в траву крякнул Слива, – о, батя идёт.
Старик подошёл к нам, обернувшись, посмотрел на открытые ворота, на кучу ящиков и бочек, стоявших тут на поле, на машины и другую технику и, выдохнув, уселся рядом с нами. Затем помолчал с десяток секунд и произнёс.
— Даже не знаю, как мы вас теперь сможем за всё это отблагодарить, – лёгкий кивок в сторону грузов.
— А не надо, – махнул я рукой, – я же сказал, это всё бесплатно. Вы хорошие люди, и мы просто захотели вас отблагодарить.
— Было бы за что, – хмыкнул дед.
— Да ладно отец, не переживай ты так, – подключился довольный до ушей Слива и хлопнул по ноге.
Лежащий в траве Братишка тут же сорвался с места и виляя хвостом подбежал к нему.
— В вашем большом хозяйстве это всё пригодиться, – продолжил я, – а с Фоле мы вопрос решим. Больно сильно он тут всем насолил.
Планы, как и что мы хотим сделать, я ему уже рассказал. Оказалось, что есть у них двое мужиков, которые знают про замок и про верфи Фоле. Оба пастухи, сейчас где-то в горах пасут отару и за ними уже отправили гонца. Ладно, приедут они, потрещим.
— Мальчики, а где ваши девушки? – к нам от ближайшего стола подошла его супруга – Света твоя и Наташа.
— Да и другие девчонки тоже, – раздался звонкий голос Кали.
— Да собираются, как обычно, – улыбнулся я, – ща будут. Туман уже сказал, что они готовы сюда перейти.
— Туман у вас, прям ух! – дед потряс кулаком.
— Ещё бы, на то он и командир.
— Это моя, синяя моя, — снова прокричал тот же мужской голос.
