Стрельба снизу всё организованнее и организованнее. Те внизу видать поняли, что мы тут всех положили и по нам оттуда уже лупят из пулемётов.
Сквозь щели между камнями вижу, как в корме одного из катеров появляются большие дырки от попаданий Митяя, как те из женщин, детей и мужиков кто уже успел на него забраться бегут либо вперёд на нос, либо вообще прыгают в воду.
— Пулемётчики, лупите по баржам – заорал Клёпа – отсекайте людей, отсекайте.
Рабы, а их человек 25 тоже сначала бросились кто куда. Кто-то вон уже лежит мёртвый на песке, кто-то куда-то спрятался. Вижу, как один из Архи, вскинув автомат, короткой очередью убил двоих мужчин и сам тут же спрятался за камень. И вон ещё группка людей, там чуть больше 10 человек, они как-то вместе ринулись по берегу в сторону маяка и спрятались за большой валун. За ними тут же побежало двое Архи, но мы их тут же грохнули.
— Отсекайте – кричит Клёпа – не давайте к людям приблизиться.
Парочка длинных очередей вздыбила фонтанчики песка между валуном с людьми и катерами на берегу, за которыми спрятались Архи, словно проведя невидимую линию.
Бам. У первого катера из кормы повалил чёрный дым и, кажется, он начинает разгораться. В ту же секунду стрельба с пляжа по нам усилилась. На нас летит крошка, ветки и трава. Пули с противным свистом так и свистят над головами.
Снова стреляю вниз по катерам на берегу, из-за них вспыхивает куча огоньков. Те стреляют в ответ.
— Надо уходить – кричит Няма перезаряжая свой пулемёт.
— Слева прут – орёт Слива и быстро перекатывается левее метра на 4.
Те внизу, пользуясь плотностью своего огня, попытались нас обойти. Слива их вовремя заметил, пятеро Архи, прячась за камнями и не стреляя, быстро продвигаются в нашу сторону. Стреляю из подствольника, со мной ещё кто-то.
Гранаты взрываются среди камней и недалеко от тех Архи. Вон один из них дико заорал и выскочил из-за камня держась за свою морду, либо осколками, либо камнями посекло. Орал не долго, его тут же добили. Те четверо залегли поняв, что их обнаружили и открыли по нам огонь.
— Нельзя уходить – ору я в ответ – уйдём, они всех остальных людей убьют.
— Баржа отходит – кричит Большой.
Снова выглядываю и вижу, как за кормой одной из барж вспенилась вода, вон один из Архи, выскочив из переднего люка с топором, пригибаясь, рубит швартовые. Те, кто спрыгнули в воду уже тоже, кто где. Кто-то залез на катер, кто-то выполз на берег, но несколько трупов в воде таки плавают.
— Няма, Большой – отжимаю тангенту – весь огонь по корме этой баржи, Митяй работай по второму катеру на воде.
Секунды через три свинцовый дождь из двух пулемётов прошёлся сначала по корме этой баржи, потом по второй. От них отлетают мелкие и не очень детали. Из двух пулемётов Большой с Нямой разворотили обоим баржам корму, бурун под кормой этой пропал, надеюсь движкам хана. Снова там кто-то прыгает в воду и старается отплыть в сторону, его настигают фонтанчики и тело несколько раз дёрнувшись погружается, а затем всплывает.
Вон какая-то тётка бежит, открыв рот, скорее всего орёт от страха и зажимает уши. За ней пацан лет 10. Две очереди сошлись на них, оба как будто налетают на невидимое препятствие и падают мордами в песок. Правильно, работорговцев мы жалеть не будем. Пусть они сами и не торговали, но рабами наверняка командовали, а уж как дети любят показать свою значимость, мы уже видели в том посёлке, где освобождённые нами люди потом сыграли со своими бывшими хозяевами в Русскую рулетку, как они сами с ними недавно играли.
— Саня, Саня, шеф, приём – вызывает меня Рыжий.
— На связи.
— Мы к вам летим, держитесь. Казак доложился, у них на плантации только трупы, Архи не было.
— Как трупы? – я аж обалдел.
— Да вот так. 17 человек в сарае расстрелянные, хозяева даже собак убили и свалили.
Закипаю от злости. И тут же у меня в голове промелькнула мысль, что эти могут лететь сюда. Для тех, кто там сейчас на берегу, двух барж и двух катеров слишком много. Точно сюда прут. Только они про нас ещё не знают, наверное, в любом случае это плохо. Если они сюда прилетят, нас тут точно зажмут.
— Принял, поторопитесь, конец связи.
Сам вызываю Митяя.
— Митяй приём.
Бах, бах, стреляет его Барретт. В корме второго катера тоже появляются дырки, попутно он грохнул пулемётчика там за турелью.
— На связи.
— Ты выше всех, возможно сюда летят ещё работорговцы, смотри за спиной.
Бой продолжается. Парящие катера на берегу, катера на воде и баржи расстреляны достаточно сильно. Невооружённым глазом в них видны куча попаданий, один катер на воде и на берегу дымятся.
Несмотря на то, что нас мало, у нас преимущество, мы выше. Трупы Архи и людей валяются на песке, группка женщин и детей спрятались за этим двумя постройками, их стены из железа, и я хорошо вижу искры от пуль, но пули железо не пробивают. Этих господ или кто они там прикрывает штук 10 архи паля по нам.
— Да где пацаны наши? – в сердцах кричит Слива в очередной раз перезаряжая свой автомат.
