Чень еле сдерживал раскроившую все его лицо улыбку. Готов был просто взорваться здесь и сейчас.
— Что вы, Алекс, не видел никого более цивилизованней!
Я встала, оставляя это раздражающее занятие.
— Хорошо, иду, но скажи ему потом как-нибудь, чтобы не превышал свои полномочия. Я ведь могу и обидеться.
Чень замахал руками:
— Лучше не надо! Я постараюсь намекнуть.
Пройдя через пустую приемную, зашла в кабинет Фэна. Он сидел за ноутбуком, но тут же его отодвинул в сторону. Начал с волнующего его вопроса:
— Алекс, ты не против поехать со мной на ужин к моему деду?
— Я только за. Сидеть все выходные в квартире ужасно скучно. У меня ведь тут совсем нет друзей.
Фэн осмотрел меня, не найдя к чему прикопаться:
— По возможности не надевай ничего традиционного. Мой дед вполне современный человек.
Я посмотрела на него с ангельским, по моему мнению, выражением лица.
— Все будет, как вы скажете, гендиректор.
Он вздохнул, но без облегчения. Не верит!
— Фэн, возможно как-то сократить срок моего заключения здесь? — спросила уже серьезно.
— Контракт на полгода. В нем не предусмотрено пунктов, по которым было бы сокращение сроков обязательств. Возможно, ты могла бы позвонить отцу и извиниться? — ответил он, грустно задумавшись. Наверное, он тоже бы хотел, чтобы эти пункты были. Или чтобы мои извинения имели какой-то вес.
Я села на диванчик, откидываясь, выдохнула:
— Боюсь, что извинения тут не помогут.
— Что же вы такого сделали?
Он не знает или строит из себя дурачка?
— Я не оправдала надежды отца. Если кратко.
Фэн сел напротив, скрестив ноги. Обстановка начала походить на прием психотерапевта.
— Ты не расскажешь мне полную версию?
Я положила ногу на ногу не потому, что инстинктивно хотела защититься, ах, простите, это совсем не мое. А потому что так мои ножки смотрелись так гораздо эффектнее.
— Фэн, я боюсь… твою тонкую натуру смутит данная история.
Он снял очки. Которые, я заметила, иногда надевал при работе за компьютером. Какой же он щепетильный. Глазки свои красивые бережет.
— Я бы с удовольствием послушал. — настаивал он. Отвечаю елейным голосом:
— Что вы, право, там нет ничего интересного.
— Может, тебе бы следовало рассказать? И мы могли найти решение вместе.
Я не ожидала такой настойчивости. Ну, раз он так хочет:
— Отец застал меня не в простой ситуации. Я заканчиваю школу искусств по скрипке и решила дома устроить импровизированный концерт с друзьями. Но поскольку друзья мои с международного факультета, где я тоже учусь, и не умеют играть на скрипке, было принято единогласное решение об их танцевальном номере в этом мероприятии.
Глаза Фэна становились все круглые, а лицо теряло остатки задумчивости.
— Дабы номер не вызывал скуку, я их немного переодела. Точнее сказать, раздела! Но совсем не полностью. Не надо так на меня смотреть.
— Что было потом? — уточнил он аккуратно.
Я закатила глаза вверх, как будто вспоминая подробности. Так, так…
— Потом мы устали репетировать и уснули!
Вышла недомолвка, но Фэн был слишком культурен, чтобы уточнять этот момент. Я продолжила:
— С утра отец решил навестить меня внезапно. И едва не спровоцировал себе сердечный приступ!
— Жаль его. — согласился мой преданный слушатель.
— Вот и я о том же! Сердце надо беречь и не волноваться по пустякам.
— Согласен, — закивал любитель моих сказок.
— Итогом стало мое полугодовое путешествие в Шанхай. Кто-то бы, конечно, порадовался такому стечению обстоятельств, но только не я.
— Отец ещё что-нибудь тебе сказал?
— Ну конечно, он заподозрил всю нашу компанию, и в том числе меня, безвинную жертву, в употреблении запрещенных веществ. А я скажу тебе честно, сама против таких вещей!
Встала, обходя кабинет. Недовольно.
— Я ведь даже не курю! Фэн, неужели он не может понять, что веселиться можно и просто так?
Фэн смотрел на меня озадаченно. Наверное, тоже не понимал никак. Ох, уж это его пуританское воспитание.
— Если мой дед спросит, давайте предоставим ему менее драматичную и более короткую версию, пожалуйста. Ну, к примеру, ты приехала на стажировку.
Я улыбнулась. У меня и без этого происшествия хватало карт в рукаве. Мой ты хороший!
— Конечно, Фэн, без проблем. О чем может быть речь. Старших надо уважать и трепетно беречь их сердца!
Смотрит по-прежнему недоверчиво.
— Я и сама раскаялась, что с отцом так вышло. Ни в коей мере не хочу повторять ничего подобного. — Закивала, протягивая ему руку. Он пожал! Ах-ха, пожал мне руку. Ну что за манеры. Как его перевоспитать?
Алекс
В фирменном бутике все стояли на ушах. Девушки выбились из сил, подбирая мне платье на прием к деду Фэна. Как будто я собиралась отправиться не больше ни меньше, как на красную дорожку, где мне торжественно вручат Оскар за лучшую роль "хорошей девочки".
Не поверите, Фэн благосклонно согласился сопровождать меня после невинного заявления, что я совершенно ничего не соображаю в китайской моде.
Может, потому, что её и не существовало вовсе?!