Все это время у Друниной один за другим выходят поэтические сборники, а в 1963 г. ее избирают секретарем Союза писателей СССР и Союза писателей России. Она начала быстро продвигаться по служебной лестнице, хотя никогда не стремилась к высоким постам. В ее жизни все складывалось удачно – к фронтовым наградам прибавились трудовые ордена, престижные премии. Поэтесса стала председателем Совета по военно-художественной литературе, членом редколлегий центральных газет и журналов. Но эта окололитературная, чиновничья работа была ей не по душе.
А в 1979 г. началась черная полоса, которая так и не закончилась. После тяжелой болезни умер Алексей Каплер. Его похоронили – как он и завещал – в Старом Крыму. Позже, уже в перестроечные времена, его могилу назвали памятником середине XX века. На черной надгробной плите надпись: «Кинодраматург, писатель, автор сценариев «Она защищает Родину» и других». Между словами «сценариев» и «Она защищает Родину» – шершавая полоса на отполированном граните. Здесь были названия других сценариев Каплера – «Ленин в Октябре» и «Ленин в 1918 году».
По мнению многих, после смерти мужа в Друниной что-то сломалось, она потеряла внутренний стержень. Лишившись опоры, Юлия Владимировна осталась один на один с реальной жизнью. Тогда ее поддержала работа, «бруствер письменного стола»: выходили ее поэтические сборники, увидел свет двухтомник, посвященный Алексею Каплеру, в нем были собраны стихи и проза, написанные за прошедшие годы.
Но десять лет между 1979 и 1989 гг. вместили в себя больше бед, чем вся ее предыдущая жизнь, – Чернобыль, землетрясение в Армении, танки на улицах, игры политиков, «реки крови, море лжи», обнаружившиеся в советской истории. Той самой истории, которую она строила и которую воспевала. «Узнав жестокую правду о второй – трагической, чудовищной, апокалипсической стороне жизни тридцатых годов, – писала Друнина, – я (не примите это за красивые слова) порой искренне завидую тем сверстникам, кто не вернулся с войны, погиб за высокие идеалы, которые освещали наше отрочество, нашу юность и молодость…»
Юлия Друнина продолжала заниматься общественной деятельностью, в 1990 г. даже стала депутатом Верховного Совета СССР, но в 1991 г. оставила свою должность. Вступая в депутатский корпус, она хотела защитить интересы и права участников Великой Отечественной войны и войны в Афганистане. Она не могла видеть, как страдают фронтовики ее поколения, как просят милостыню в переходах покалеченные мальчишки, устала слышать, как жалеют ветераны, что не остались с теми, кто погиб. Она так комментировала свой поступок: «Мне нечего там делать, там одна говорильня. Я была наивна и думала, что смогу как-то помочь нашей армии, которая сейчас в таком тяжелом положении… Пробовала и поняла: все напрасно! Стена. Не прошибешь!»
События 21 августа 1991 г. Друнина, одна из защитниц «Белого дома», встретила восторженно. Однако уже 15 сентября писала: «И все же, все же не хотелось бы впадать в эйфорию. Кое-что беспокоит очень. Не слишком ли подчас легко и лихо принимаются решения по сложным вопросам?»
Ее душевное состояние в это время лучше всего отражает одно из писем к подруге: «Почему ухожу? По-моему, оставаться в этом ужасном, передравшемся, созданном для дельцов с железными локтями мире такому несовершенному существу, как я, можно, только имея крепкий личный тыл… А я к тому же потеряла два своих главных посоха – ненормальную любовь к Старокрымским лесам и потребность творить… Оно лучше – уйти физически неразрушенной, душевно несостарившейся, по своей воле. Правда, мучает мысль о грехе самоубийства, хотя я, увы, неверующая. Но если Бог есть, он поймет меня…»
Ее решение не было истерической вспышкой. Уход из жизни был хорошо продуман и тщательно подготовлен. Перед смертью она написала письма дочери, зятю, внучке, подруге Виолетте, редактору своей новой рукописи, в милицию, в Союз писателей. Никого ни в чем не винила. На двери дачи, в гараже которой она отравилась выхлопными газами автомобиля, предварительно приняв снотворное, оставила записку зятю: «Андрюша, не пугайся. Вызови милицию и вскройте гараж».
После смерти поэтессы вышли еще два сборника ее стихов – «Судный час» и «На печаль я наложила вето».
Последний сборник был составлен ее дочерью Еленой Липатниковой и вышел в 1998 г.
Юлия Друнина завещала похоронить ее рядом с мужем:
Крымские астрономы Николай и Людмила Черных открыли новую малую планету и назвали ее именем Юлии Друниной.
