В 67 г. до н. э. Катон был избран военным трибуном и направлен в Македонию, где возглавил один из легионов. Он стремился не демонстрировать свои положительные качества, а воспитывать их в своих подчиненных. Очень скоро Катон заслужил искреннее уважение и любовь солдат своей простотой, суровым образом жизни и красноречием. Здесь, в Македонии, его застало известие о тяжелой болезни брата, который находился во Фракии (историческая область на востоке Балканского полуострова). Рискуя жизнью, Катон отправился в путешествие по бурному морю на маленьком суденышке, однако, прибыв во Фракию, обнаружил, что опоздал – Цепиона уже не было в живых. Умеренный во всем остальном, устроил любимому брату роскошные похороны.
Когда истек срок военной службы Катона, подчиненные провожали его с редкими даже для императора почестями. Воины плакали, бросали ему под ноги плащи и целовали руки.
Катон решил предпринять путешествие в Азию – римляне называли так территорию, известную нам как Малая Азия. И снова он удивил всех своей беспримерной по тем временам скромностью – никогда ничего не просил у властей городов, в которые прибывал, хотя как знатный римлянин мог требовать пышного приема в любом колониальном городе.
Возвратившись в Рим, Катон некоторое время вел жизнь частного лица, иногда выступая в суде. Он уже достиг возраста, в котором можно было бы баллотироваться на должность квестора[19], но не торопился, считая, что сперва нужно досконально изучить все, что с ней связано. Став квестором, Катон повел себя не так, как большинство молодых чиновников на его месте, которые рассматривали эту должность как стартовую ступень в своей политической карьере и поэтому передоверяли дела казначейства служителям и писцам, что приводило к постоянным злоупотреблениям.
Не таков был он. С первых же дней вступления в должность Катон самостоятельно исполнял все обязанности и вскоре изобличил многих нечистых на руку подчиненных. В казначейство Катон приходил раньше всех, а уходил последним. Его старания не прошли даром, и вскоре в делах был наведен такой порядок, какого не было никогда. Когда наступил последний день квестуры Катона, чуть ли не весь Рим явился проводить его с должности.
С таким же усердием Катон посещал сенат. Он никогда не пропускал заседания, если на то не было уважительной причины, приходил первым и уходил последним, всегда отстаивал истину. Вскоре его порядочность, честность и принципиальность вошли в поговорки (например, один из ораторов, выступая в суде, как-то сказал: «Одному свидетелю верить нельзя, будь это сам Катон»). Катон, в отличие от многих своих современников, не рассматривал государственную деятельность как средство обогащения или удовлетворения своих амбиций, а считал ее обязанностью честного и порядочного человека.
Искренность Катона хорошо отражает такой случай. По окончании срока квестуры он решил отправиться в свои поместья и жить там, проводя время за чтением и общением с философами. Друзья советовали ему добиваться должности народного трибуна, но напрочь лишенный честолюбия Катон говорил, что власть, которую дает эта должность, разумно употреблять только в крайних случаях. Он отправился в поместье, и уже в пути его нагнала новость о том, что в Рим едет некто Метелл с целью выдвинуть свою кандидатуру на должность трибуна. Узнав об этом, Катон приказал поворачивать назад – он справедливо считал, что Метелла позвал Помпей, преследуя свои корыстные цели. Поэтому он счел необходимым помешать ему и решил все же стать народным трибуном, чтобы получить право вето относительно решений должностных лиц, кроме цензоров и диктаторов, и сената.
Вообще, Катон постоянно оказывал сильнейшее сопротивление власти Помпея. Так, после раскрытия заговора Катилины (66–63 гг. до н. э.) он проявил твердость и, несмотря на противодействие со стороны Цезаря, настоял на казни заговорщиков. Затем, после возникновения в 60 г. до н. э. первого триумвирата (тайного союза между Помпеем, Цезарем и Крассом с целью захвата государственной власти), Катон был чуть ли не единственным, кто открыто выступал против Помпея и Цезаря. В это время ему постоянно грозила смерть – достаточно вспомнить об излюбленных методах римской политической борьбы, – но он неизменно проявлял мужество и стойкость.
Чтобы хоть на время избавиться от Катона, триумвиры прибегли к помощи своего союзника Клодия, который был тогда народным трибуном. Клодий провел в народном собрании закон, согласно которому Катон должен был отправиться на Кипр и покорить тамошнего царя Птолемея (одного из младших детей египетского царя Птолемея IX).
