Обе подруги немножко нервничали: Нина оставила маленького Джона на ферме. Она улыбнулась.
– В последний раз я ездила в Инвернесс, когда забирала Зои с Хари.
– Правда? И как прошла встреча?
– Первым делом мне бросилось в глаза, что бедняжка вся грязная, – усмехнулась Нина. – О боже, я думала, ничего хорошего из этой затеи не выйдет! Зои выглядела такой несчастной.
Про себя Лисса подумала, что человека счастливее Зои встретишь редко. Но видно, даже ее жизнь в свое время изрядно потрепала.
– Наверное, Кирринфиф волшебное место, – произнесла Лисса.
Зря она завела разговор о волшебстве в присутствии книжного червя с богатой фантазией – то есть Нины. Та сразу принялась с мечтательным видом рассуждать о сказочной деревне Бригадун.
Последним из автобуса вышел Робби. Остальных уже окружили радостные родственники, встречавшие приехавших на каникулы студентов и бабушек, вернувшихся из поездки в «Великий Смог».
Робби не смотрел по сторонам, будто не ожидал, что его тоже будут встречать. Все его вещи уместились в армейской холщовой сумке.
– Здравствуйте, – робко окликнула его Нина.
Лисса с любопытством разглядывала вновь прибывшего. Потрепанный, весь в самодельных татуировках: одно слово, бывалый солдат. Интересно, Кормак на него похож?
Но в поведении Робби не было ничего агрессивного. Наоборот, взгляд затравленный. Он производил впечатление человека, смертельно уставшего, причем не только с дороги.
– Вы хоть немного поспали в автобусе? – участливо спросила Нина.
Мужчина молча покачал головой. Втроем они направились к припаркованному книжному фургону. Робби удивленно поглядел на него, но вопросов задавать не стал.
– Вам, наверное, тяжело пришлось? – спросила Лисса.
Робби печально кивнул. Девушка посмотрела на него, и вдруг на нее одновременно нахлынули два чувства: стыд оттого, что она так расклеилась, и решимость преодолеть свою психологическую травму. Или ты ее, или она тебя – третьего не дано. Лиссе еще повезло: у нее есть любящие родные, друзья и работа, благодаря которой появилась уникальная возможность начать все с чистого листа. А вот Робби посчастливилось гораздо меньше. Но может быть, Шотландия каждому дает второй шанс.
– Ну что ж, поехали.
Когда Лисса осматривала вымывшегося Робби в пристройке к амбару, тот вел себя кротко, как ягненок. Робби страдал чесоткой, но с этой бедой легко справится перметрин. Новый работник заранее побрил голову наголо, а значит, насчет вшей можно не волноваться. Его кожа оказалась совсем не такой желтой, как опасалась Лисса. Если повезет, обойдется без жалоб на печень, хотя пока об этом судить рано. Потом они с Робби обсудили, какие шаги нужно предпринять, чтобы постепенно отучить его от алкоголя.
В отделении интенсивной терапии Лисса проводила подобные беседы много раз, но только изредка чувствовала, что можно надеяться на успех. Может быть, Робби окажется в числе счастливчиков. Медсестра дала ему координаты ближайшей группы Общества анонимных алкоголиков, вручила все брошюры из кабинета Джоан и сообщила, что будет навещать нового пациента два раза в неделю.
– А теперь можно и за работу, – с легкой улыбкой подвела она итог.
Леннокс уже стоял в дверях. Маленький Джон, как всегда, сидел в кенгурушке у папы на спине. Из карманов Леннокса выглядывали два совка, а в руках он держал две чашки чая.
– Я положил три куска сахара, – отрывисто проговорил фермер. – На верхнем лугу ядовитые ягоды выросли, надо их выкопать, а то скот потравится. Справишься?
При виде младенца лицо Робби вдруг просветлело.
– Хороший у тебя сынок. – Он улыбнулся, показывая гнилые зубы.
«Надо не забыть записать его к дантисту», – подумала Лисса. Но маленький Джон в ответ просиял и махнул ручкой.
– Красавец, – прибавил Робби, подходя ближе.
Вытянул желтый мозолистый палец, и Джон крепко вцепился в него. Судя по улыбке, игра пришлась ему по душе.
Потом Робби кивнул хозяину фермы:
– Да, справлюсь.
Они с Ленноксом вышли на залитый солнцем двор. При их приближении куры кинулись врассыпную. Глядя вслед двум мужчинам, Лисса скрестила пальцы на удачу.
Погруженная в свои мысли, девушка вернулась домой. До выезда к следующему пациенту еще час. Есть время приготовить обед, а заодно послушать музыку. Лисса выбрала один из CD Кормака, альбом группы «Proclaimers». Вспомнив, как Кормак на нее обиделся, улыбнулась и включила стереосистему.
Лисса ожидала услышать полузнакомую танцевальную песенку. Но вместо этого на старом пианино медленно заиграли вальс. Потом запел тихий, исполненный скорби голос. К нему присоединился второй.
«Мое сердце разбили… мое сердце разбили…»
А дальше – лишь одно слово, опять и опять:
«Горе. Горе. Горе. Горе».
Лисса обернулась и застыла. Казалось, кто-то узнал о ее чувствах и положил их на музыку.
«Слезы высыхают… слезы высыхают…»
К тому времени, как зазвучал мощный, проникновенный, полный надежды припев, Лисса совершенно расчувствовалась. Эта песня, будто ключ, удивительным образом открыла в ее душе что-то очень важное.
Забыв про обед, она слушала ее снова и снова. Потом отправила сообщение Кормаку.
