«Еще дальше к югу от насамонов, в стране диких зверей, живут гараманты, которые сторонятся людей и избегают всякого общения. У них нет никакого оружия ни для нападения, ни для защиты». Это запись Геродота. Если верить Тациту, то гараманты – это «свирепое племя, своими набегами наводившее ужас на соседей». Откуда столь противоречивые данные? Почему не сходятся показания древних при описании одного-единственного народа в Северной Африке?
В 1933–1934 гг. экспедиция Итальянского географического общества во главе с известными археологами и антропологами Д. Паче и Дж. Серджи произвела раскопки в Узде-эль-Аджаль (Ливия), центре предполагаемой страны гарамантов. На участке в 160 км ученые обнаружили самый представительный некрополь в Северной Африке – около 4500 могил. Серджи разделил найденные костяки на четыре группы. В первой он объединил высоких людей с длинным черепом, тонким носом и высоким лбом, похожих на тех, что изображены на египетских фресках середины 2-го тыс. до н. э. Это были самые древние захоронения. Во вторую группу вошли более поздние захоронения, по возрасту соответствующие римскому времени; погребенных отличала некоторая смешанность черт. У представителей третьей группы отмечено сильное негроидное влияние, а четвертый тип – полностью негроидный.
Таким образом, удалось установить, что в расовом отношении «гараманты» древних не представляли единства. Становится понятной противоречивость сообщений о гарамантах античных авторов: Геродот, Тацит, Ливий, Птоломей и другие получали сведения о разных слоях гарамантского общества. Верхний, средиземноморско-берберский, отличался агрессивностью и устраивал охоты на «пещерных эфиопов», нижний слой – жители южных районов с темнопигментированной кожей – был лишен всяких прав.
А колесницы? На всех сахарских фресках они изображены в так называемом летящем галопе: тело лошади как бы распласталось в воздухе, копыта не касаются земли, передние ноги выброшены вперед, задние – назад. Тот же вид галопа преобладает на рисунках… Эгейского бассейна, микенской культуры Греции и Крита. С этого сопоставления начинается новая гипотеза о происхождении сахарских колесниц и самих гарамантов.
Согласно легенде, сохраненной Аполлонием Родосским и Птолемеем, у дочери критского царя Миноса был от Аполлона сын Гарамант – праотец ливийского народа…
Но одного только сходства сахарских колесниц с минойскими и совпадения антропологического типа «народов моря» с высшим, светлокожим слоем общества у гарамантов недостаточно для того, чтобы с уверенностью констатировать «такие связи». И ученые продолжили поиск.
Само слово «гарамант» имеет догреческий суффикс «-ант». Откуда он мог прийти в Северную Африку, если не из Эгейского бассейна? Вот заключение советского ученого, специалиста по древней истории Средиземноморья и Африки, К. Поплинского, занимавшегося этой проблемой: «Мы склоняемся к предположению, что слово “гарамант” возникло в конце II тысячелетия до н. э. в ходе формирования гарамантской общности из ливо-берберского этнического ядра и постепенно адаптировавшихся в нем эгейцев».
О жизни гарамантов известно совсем мало. В социальном отношении они находились на стадии формирования классового общества. Главный объект эксплуатации был сначала вне их этноса – негроидные племена Сахары и Судана, которые потом были включены в социальную иерархию гарамантов. Воинственность и торговые операции, о которых речь пойдет дальше, объясняются так называемым всадническим подтипом хозяйственно-культурного типа скотоводов-кочевников, к которому причисляют гарамантов современные исследователи.
Единственным видом ремесла было гончарное производство. Изготовляли черные и красные сосуды с линейным орнаментом, удивительно похожие на те, что найдены при раскопках на Крите, Мальте, в Сицилии, Сардинии.
Прекрасно знавшие районы сегодняшней пустыни, они были единственными посредниками в обширной торговле, которую вели с Африкой Карфаген и Рим.
Наскальные рисунки в Сахаре
Значительно больше известно о связях гарамантов с Римом.
«За ним (горным хребтом. –
