И кто знает, быть может, наказ этот был бы исполнен – Влад был хорошим полководцем и люто ненавидел неверных. Однако его братец, заполучив от папы деньги, сумел низвергнуть подозрительного Влада и заключить его в крепость.
Как и всякий негодяй, обманом узурпировавший власть, он стал искать себе оправдание. Он снова стал платить дань туркам, а в 1464 г. повелел выпустить книгу, в которой описал, каким жутким злодеем был Влад Дракула. Книга вышла с натуралистическими иллюстрациями, произведшими весьма большое впечатление на современников.
Влад же скончался в заточении и не мог уже выступить в свою защиту.
Оттолкнувшись от жизнеописания Дракулы, Врем Стокер пустился во все тяжкие и вообще превратил воина в вампира.
Очень многие, даже отцы церкви, верили в реальность существования подобных кровососов. Особенно сильна была такая вера в Средние века, однако кое-что осталось и на долю XIX и XX столетий.
«По мифологическим источникам, вампир – покойник, тело которого не разлагается и который по ночам выходит из своей могилы, находит себе жертву и высасывает из нее кровь. Причем жертва после этого сама становится вампиром, – говорит исследователь из Германии Виктор Белес. – Часто вампир может быть и оборотнем: он умеет превращаться в огромную летучую мышь. И эти существа, как полагают биологи, действительно являются кровососами, вампирами».
Гарри Ломан, биограф Стокера, полагает, что страхи такого рода, возможно, были присущи самому писателю, по крайней мере в детстве. Он, как и многие, ходил ночью на кладбище, чтобы взглянуть через ограду, что же там происходит. И хотя, как правило, никто ничего особого там не видел, мистический, жуткий страх оставался потом в подсознании на всю жизнь. Он-то, видимо, и подтолкнул Стокера к написанию данной книги.
Родители его, люди среднего достатка, смогли дать ему образование, которое мы сейчас назвали бы «свободным». Некоторые познания в области изящной словесности, несомненно, он получил, еще будучи молодым человеком, в столице французского королевства в качестве общественного писаря, а профессия эта включала в себя в то время множество разнообразных занятий. Многочисленные свидетельства удостоверяют, что Николя Фламель выполнял эти работы во всем их многообразии и с большим успехом, что позволяет считать его изысканным писцом среди художников XIV столетия.
Николя Фламель
Поскольку нет документов, которые могли бы осветить первые годы жизни Фламеля, история начинается для нас с появления его у стен храма Избиения младенцев, среди общественных писарей, которые с незапамятных времен ютились со своими мастерскими под этими старыми стенами. Однако, когда позднее люди его профессии перебрались под своды церкви Сен-Жак-ля-Бушери, он тоже, по их примеру, перенес туда свою мастерскую. Дела молодого писца начали процветать. Он женится на вдове, предположительно, парижанке по рождению. Мадам Перниелль женщина достойная, хозяйственная, благоразумная и опытная, красивая или по крайней мере приятная, с точки зрения молодого супруга. Ей за 40, она дважды вдова, детей у нее нет, цифру ее приданого биографы забыли нам сообщить, но оно должно было быть порядочным, судя по внезапному изменению финансовой ситуации в хозяйстве молодых супругов. На углу старой улицы Мариво продавался участок земли, который они купили и построили там дом, прямо напротив конторы Фламеля.
В то время как в двух его конторах шла активная трудовая деятельность, его дом наполняли книги, богато украшенные миниатюрами, которые находили прекрасный сбыт; его окружали многочисленные ученики, которые платили ему за уроки как известному и талантливому художнику.
Однажды ночью (так говорит легенда, которой в дальнейшем часто уступает слово история) Николя Фламель спал глубоким сном, когда ему явился ангел, держа в руке очень древнюю и великолепную на вид книгу. «Фламель, – сказал ангел, – посмотри на эту книгу, ты в ней ничего не понимаешь, ни ты, и никто другой, но настанет день, когда ты увидишь в ней то, что никому не дано увидеть». Но когда Фламель протянул руку, чтобы принять драгоценный подарок, ангел вместе с книгой исчез в золотом облаке.
