Перед нашей свадьбой Джей говорил об ожиданиях, связанных с браком в семье Амбани, — ожиданиях, которые даже он не мог отвергнуть. Амбани были частью системы, подчинялись набору негласных правил. Однако Джей также сказал мне, что, если я захочу, мне не нужно будет участвовать в жизни сообщества больше, чем необходимо. Я наконец-то приняла решение по этому поводу.
— Можешь научить меня всему, чего я не знаю о том, как быть женой Амбани?

После того дня в офисе Джея все изменилось к лучшему. Вместо того, чтобы бороться с мыслями об Акселе, я погрузилась в них с головой. Каждую ночь он снился мне. Каждое утро я позволяла себе пережить тридцать минут заветных воспоминаний.
Танцы в клубе.
Поедание «джамбо-слайс» пиццы.
Фейерверк на пляже.
Прогулка вокруг костра.
Я больше не отказывала себе, но ограничивала. Я поняла, что имел в виду Джей, говоря о том, что нельзя позволить себе погрязнуть. Я могла бы жить часами, днями, неделями и годами, утопая в Акселе. Это было бы эгоистично, когда на меня полагались другие.
Вместо этого я сосредоточилась на своей роли жены и будущей матери. Мы были идеальной парой на глазах у других и объявили о беременности нашим семьям, что вызвало много радостных слез. Мы также стали идеальной парой за закрытыми дверьми и сблизились интимно.
Первый год нашего брака мы провели, узнавая друг друга и укрепляя нашу дружбу. Через несколько недель после свадьбы я была тронута, обнаружив свою фотографию на столе Джея рядом с фотографией Кэт. Несколько месяцев спустя я нашла снимок УЗИ Поппи в ящике стола Джея. Шли месяцы, коллекция пополнялась все новыми фотографиями, особенно после того, как Поппи вошла в нашу жизнь.
Как и ожидалось, Джей был лучшим отцом в мире. Даже если он работал весь день, он никогда не был слишком уставшим, чтобы сменить подгузник или взять на себя ночную смену, чтобы я могла выспаться. В результате Поппи сразу же привязалась к Джею. К тому времени, как ей исполнилось два года, у них сложился особый распорядок дня. Она заходила в офис папы и просила поднять её. Джей сажал ее к себе на колени, пока просматривал отчеты и цифры.
Я тоже пробиралась в офис, и вместе мы нарушали расписание Джея. Я сидела на подлокотнике его кресла и смотрела болливудские фильмы в наушниках. Между тем Джей сидел перед компьютером с Поппи на коленях. Он читал отчеты по итогам дня, обнимая правой рукой Поппи, а левой — меня. Время от времени он освобождал руку, обхватывающую меня, чтобы прокрутить экран компьютера вниз. Иногда я беспокоилась о том, что всепоглощающее внимание Джея сделает его настолько забывчивым, что он ослабит хватку на Поппи. Тогда я оглядывалась и с удивлением наблюдала за тем, как он крепко держит Поппи, несмотря на то, что его глаза прикованы к экрану компьютера. Мы проделывали эту маленькую рутину каждый вечер.
Однажды мы выполняли нашу вечернюю традицию в кабинете Джея. Он задумчиво изучал экран, пока я сидела на подлокотнике его кресла. Шахрукх и Каджол от души танцевали на экране моего телефона, в наушниках гремела болливудская музыка. Вдруг мы услышали, как Поппи бормочет цифры с экрана. Мы оба были настолько ошеломлены, что переглянулись и пожали плечами, как делают родители, когда не понимают, что происходит с их детьми.
К следующему году Поппи увлеклась любой последовательностью цифр, и её особый дар дал о себе знать. Она с невероятной легкостью запоминала числа, и мы стали обучать ее дома.
Во время нашей вечерней рутины Джей специально начал медленнее прокручивать страницу вниз, когда понял, что Поппи нравится запоминать длинные последовательности цифр на экране компьютера. Я хорошо запомнила наш распорядок дня и знала, что Джею требуется ровно тридцать минут, чтобы закончить работу. Замедляясь ради Поппи, Джей стал тратить сорок пять минут на чтение отчетов.
Джей был человеком привычки и сознательного отношения ко времени. Черт возьми, он так сильно заботился о времени, что оплакивал свою умершую подругу лишь по несколько минут за раз. И все же прагматичный мужчина, который даже горевал по расписанию, внезапно уступил невысказанным требованиям трехлетнего ребенка. Было ли в этом мире что-нибудь более сексуальное?
С каждым годом Джей сокращал количество работы, чтобы проводить с нами больше времени. Все больше наших с Поппи фотографий появлялись на его столе, на стенах его кабинета и на каждом сантиметре его жизни.
И я… Я. Была. Влюблена.
Я не могла перестать наблюдать за ними вместе, очарованная их связью отца и дочери. Я никогда не ревновала, что Поппи не разделяет моих интересов. Я была просто счастлива, глядя на этих двух людей, которые казались мне самыми прекрасными из всех, кого я видела на земле. Я и представить не могла, что могу быть настолько сильно и беззаветно влюбленной до такой степени, что буду готова ради любви на все. Как и Джей, я была довольна жизнью и впервые задумалась о том, так ли ощущается настоящее счастье.

