Борис был явно недоволен, но топор отдал, а я с первого замаха вогнал железо в череп, показывая имеющуюся между нами разницу. Чтобы парень не расстраивался, пояснил, что моя Ловкость почти добралась до десяти пунктов и давала неплохой прирост в координации движений. Парень на это буркнул, что его параметр Сила равняется уже шести с половиной, и он просто обязан был, попав лезвием по черепу, суметь его проломить. Я ничего ему на это не сказал, пожав плечами, а про себя подумал, что навык Критический Удар все таки работает. Пока ребята разматывали цепь и обыскивали квартиру на предмет консервов, я прислонился к стене и обратился к интерфейсу.
Мне не очень понравилось то, что не смотря на плюс к Силе, полученный Сброс никак не прокачивался, оставаясь с нулевым значением. Раньше мне удавалось развивать несколько параметров одновременно, и я хотел и дальше так делать. Спустившаяся с верхнего этажа, Лена заглянула в квартиру и сообщила, что устроенный нами шум позволил ей без труда определить три следующих квартиры с одержимыми. Кивнув, я наклонился, подбирая болгарку, в отличие от гвоздеметателя, новый способ прокачки и вызывал много шума, и вынуждал таскать на себе тяжести.
Словно решив о себе напомнить, одна из характеристик повысилась, отреагировав на физический труд. Вспомнив, что так и не добавил свободных пунктов развития в эту стату, вручную довел её значение до четырех и семидесяти пяти сотых. Подумав еще немного, повторил тоже самое и с Интеллектом, именно так я сумел получить Ночное зрение от апнувшегося до пятерки Восприятия.
— Теперь главное не словить лишнего улучшения, — идя на риск промахнуться мимо увеличения до целого значения в характеристиках, произнес я себе под нос.
Через пару минут Боря и Гога к нам присоединились, притащив топоры и цепь с крючьями. Пока они вбивали их между бетонной стеной и коробом железной двери, я продолжал думать о том, как изменить текущий способ прокачки. Шлепающий звук отвлек моё внимание и, посмотрев на лестницу, я увидел брошенные Леной на бетонные ступени краги, про которые совсем забыл.
Подняв их, повертел в руках, после чего надел и, вооружившись топором, попытался представить, как буду рубить череп одержимого. По всему получалось, что идея не очень, пластиковая ручка с прорезиненными вставками то и дело норовила провернуться в руках и выскочить. Новая идея, пришедшая на ум, заставила немного заволноваться. Хоть по телевизору и сказали, что те, кто достиг первого уровня, имеют иммунитет и не подвержены заражению, проверять это на себе как-то не сильно хотелось. Ребята, тем временем, закончили подготовку и я склонился к болгарке, собираясь завести её двигатель.
— Ззззм, — закончив пилить, я отступил чуть назад, оценивая результат.
Как и в прошлый раз, одержимый бился в дверь, стараясь её побыстрее открыть. Наученный горьким опытом, теперь я делал паузы, дабы отрезной диск снова не закусило. Подставленный снизу, лезвием под дверь, топор должен был её заблокировать, но что-нибудь все равно могло пойти не так. Провозившись чуть дольше, но зато без эксцессов, ригели замков в итоге были спилены, а дверь открыта.
— РРррр, — действующие по одному алгоритму, одержимые уже не пугали даже Лену.
— Фууу, какой вонючий, — прокомментировала девушка потянувшийся со сквозняком из квартиры запах.
— Борис, будешь рубить, но только когда я скажу, — сказал я парню, который после прошлой неудачи ходил раздражительным.
— Окей, — перехватив топор, он был переполнен решимостью реабилитироваться.
— Гога, посвети пока фонарем, следующего ты будешь рубить, — надевая на руки краги, я отслеживал мимику парня и с удовлетворением отметил, как на вроде бы его спокойном лице, появилась позитивная эмоция.
— А я не буду, — не став дожидаться, пока я что-нибудь придумаю и для неё, подала голос Лена.
Улыбнувшись, я повернулся лицом к приоткрытой двери. Рука одержимого, бывшего когда-то толстяком, с трудом пролезала до локтя в дверной проем. Ухватившись за запястье, я потянул конечность на себя, помогая одержимому пролезть. Стоило его плечу показаться в проеме, как я шагнул в сторону, увлекая его руку за собой. Получилось так, как если бы одержимый обнимал дверь, его голова при этом оказалась вплотную прижата к дверной коробке.
— Руби, — скомандовал я, с трудом удерживая двумя руками всего-лишь одну конечность бьющегося в припадке одержимого.
