Тэри, Ания и Нолэн, заторопившись, быстро покинули внутренний дворик, который отделял столовую от учебных корпусов, а вот Кэвин почему-то решил задержаться.
— Хочешь о чем-то спросить? — поинтересовался я, перехватив его задумчивый и откровенно сомневающийся взгляд.
— Если ты не против.
— Давай. Немного времени у нас еще есть.
— Да я, в общем-то, хотел узнать: скажи, ваши отношения с Айрдом могут усугубиться на фоне недавних событий в провинции Босхо?
Я мысленно крякнул.
Фигассе у него вопросики.
Сегодня за обедом ребята, разумеется, коснулись и этой темы, ведь гибель аристократа, пусть и из младшего рода, событие для Норлаэна отнюдь не рядовое. Однако по новостям по поводу смерти Эддарта Босхо ничего конкретного не сообщили, кроме того, что это была трагическая случайность. Мол разбился и разбился, сожалеем, соболезнуем и все такое. Поэтому если неделю назад его фото мелькало чуть ли не по всем каналам, то к началу нового года эта тема уже несколько устарела, обсуждали ее не слишком активно. Жареных фактов по этому поводу журналисты, по-видимому, не раскопали. Поэтому и мои друзья про аварию сегодня просто упомянули. Да и то лишь по той причине, что у нас в команде присутствовал представитель рода Босхо, которому, возможно, требовалось сочувствие.
Вот только Ания, когда об этом зашел разговор, вовсе не показалась мне удрученной или подавленной. А на осторожные расспросы спокойно пояснила, что лично с Эддартом Босхо знакома не была, кровное родство у них достаточно дальнее, а духовного не было совсем, так что его гибель не принесла ей моральных терзаний, и соболезнования по этому поводу ей совершенно не нужны.
— Не знаю, как обстоят дела в других родах, — сказала она, когда мы озадаченно на нее воззрились. — Но наш тан — довольно сложный человек. Само собой, официальное письмо отец ему отправил, положенные по такому случаю слова тоже высказал, однако траура никто из нас носить не собирается. У тану Эддарта Босхо, прямо скажем, была не самая лучшая репутация. Поэтому из-за его безвременной кончины никто, кроме близких, не заплачет.
Собственно, на этом обсуждение неприятной темы и закончилось. Ведь если даже Ания настолько холодно отнеслась к смерти родственника, то и нам не было смысла заострять на этом внимание.
Более того, я искренне порадовался про себя, что во время обсуждения никто из друзей в мою сторону даже не посмотрел, хотя все знали, куда именно я отправился на каникулы. И только Кэвин… наш молчаливый и вечно себе на уме зануда Кэвин внезапно решил вернуться к этой скользкой теме. И судя по тому, как он на меня сейчас смотрел, вопрос он задал вовсе не из праздного любопытства.
— Почему ты об этом спрашиваешь? — нейтральным тоном осведомился я. — И какое отношение ко мне имеет смерть Эддарта Босхо?
— Твое имя есть в списках свидетелей по этому делу, — спокойно ответил Кэвин, заставив меня удивленно вскинуть брови.
— Ого. Об этом что, в вечерних новостях сообщали? Или списки с именами всех причастных вдруг стали вывешивать на заборах?
— Нет. Но Гасхэ — родственная нам семья, с которой мы столетиями поддерживаем тесные дружеские связи. У нас одни корни, сходные интересы и даже бизнес, поэтому в состав совета директоров фирмы «Гасхэ и сыновья» входит в том числе и мой отец, — так же спокойно пояснил Лархэ. — Как ты понимаешь, вся информация по наиболее важным делам проходит через него. Но при этом он еще и очень внимательно относится к моему окружению. А его аналитики постоянно отслеживают все мало-мальски значимые события как в нашей стране, так и за ее пределами, особенно если где-то там мелькнет знакомое имя.
Я хмыкнул.
— То есть люди твоего отца за нами следят?
— Не только за вами, но не в этом суть. Я просто хотел кое-что для себя уяснить. Скажи, ты и твой наставник действительно видели, как разбился ардэ Эддарта Босхо?
— Скорее, слышали. Он упал за холмами, в нескольких дийранах от нас. Поэтому звук мы прекрасно слышали, а вот самого падения увидеть нам не удалось.
— И тебе ничего не показалось в этом подозрительным?
Я внимательно посмотрел на Кэвина.
— У твоего отца есть какая-то информация по этому делу?
— Он говорит, что Босхо очень уж сильно возбудились и подняли все связи, которые могли, чтобы разобраться в причинах смерти Эддарта, — после небольшой паузы уронил тот. — В том числе они активно интересовались тобой и твоим опекуном.
Я тоже помолчал, собираясь с мыслями.
Кэвин — это, конечно, не его отец и даже не лэн Гасхэ, который, кстати, должен был блюсти тайну следствия. Но, зная Лархэ, я был уверен, что просто так он бы не спросил. Судя по всему, его отца поведение Босхо действительно обеспокоило. И не исключено, что тан просто не хотел, чтобы этот нездоровый интерес каким-то образом коснулся его сына.
