– Борька твой, я думаю, и мой Генка проспят до первых петухов, – сказала Любаша, отворяя калитку родного дома. – Так что ты, Тамара, особенно-то и не беспокойся. Присмотрю я за ними.
– Спасибо, Любаша, – поблагодарила Тамара подругу и, как только за той захлопнулась калитка, шустро подхватила меня под руку, как давнего знакомого. Я почувствовал лёгкий запах алкоголя, исходящий от неё.
– Чего оробел, десантник? – проговорила Тамара. – Держи меня крепче и тогда я точно не смогу вырваться из твоих объятий.
После такого заявления я понял, что эта женщина намерена дарить мне свои ласки до рассвета.
– Откуда ты взяла, что я десантник, – спросил я с удивлением.
– Э-э, я всё о тебе знаю, парень, – сказала Тамара, интригуя меня своей осведомлённостью.
– Не может того быть, – попытался я отрицать.
– Может, Юра. В нашей Красотке всё может статься. В ней всё известно друг про дружку, вплоть до того, кто в каких трусах спать ложится.
– Как это? – рассмеялся я. – Подглядывают в окно друг к другу?
– Зачем же? Магазин-то в деревне один, и продавец-сарафанное радио годами не меняется. Все покупки на виду, вот и делай выводы из сказанного.
– Интересная жизнь течёт у вас.
– Чересчур интересная, дальше некуда.
Так, разговаривая о житейских пустяках, мы прошагали до конца улицы и остановились у крайней избы.
– Это твой дом? – спросил я, уверенный в том, что Тамара станет сейчас приглашать меня на чашку чая.
– Нет, мой дом остался позади.
– Тогда чего мы… – начал я и не успел договорить. Тамара, словно сорвавшийся с поводка бультерьер вцепилась в меня и обдала жаром пылающих губ. Я не стал вырываться из её объятий и ответил взаимностью. Несколько минут мы неистово тискали друг друга и, будто слепые, изучали на теле все неровности при помощи ладоней.
– И что дальше? – спросил я, когда хватка Тамары немного ослабела.
– Дальше я предлагаю отыскать в поле скирду с соломой, – услышал я простодушный ответ своей спутницы и спросил:
– А почему не у тебя дома? Ведь твой муж будет спать беспробудно до утра?
– Нельзя. В доме свекровь и дочка.
Подсвечивая себе под ноги фонариком, мы отправились на поиски скирды по вспаханному полю, спотыкаясь о неразличимые пласты вывороченной земли.
В скирде я проделал просторный тоннель, и мы на четвереньках вползли в него. Тамара, возбуждённо дыша, с явным нетерпением принялась меня раздевать, налагая горячие поцелуи на обнажавшееся тело. Не прошло и минуты, как она ухватила меня за причинное место и в одно мгновение направила моего дружка сквозь лобковые джунгли в свою трепещущуюся норку между ног. Мы слились в экстазе…
Всё происходило в полной темноте. Я не видел её обнажённого тела, хотя мне сильно хотелось узреть эту величественную фигуру, и изучал все потаённые места при помощи рук.
– Наконец-то я испытала то, о чём давно мечтала, – сказа она после третьего соития. Мы расслабленно лежали рядом, упираясь плечом в плечо.
– Что ты испытала? – не догадываясь, о чём может идти речь, поинтересовался я. – Оргазм?
– Полный комплект интимной услуги, – услышал я от бригадира доярок совсем не деревенский жаргон. Тамара счастливо рассмеялась.
– Можно уточнить? – спросил я, с наслаждением теребя сосок её пышной груди.
– Я впервые почувствовала, как двигается во мне мужской детородный орган. Словно поршень в цилиндре. Он у тебя… как бы это лучше выразиться? Вроде как стальной шкворень на сцепке трактора.
«Надо же придумать такое сравнение, – подумал я. – Сказала бы просто: большой и твёрдый член, а то – стальной шкворень на сцепке трактора. Мне бы и в голову такое не пришло.
– А раньше что же? Никогда не чувствовала?
– Как я могла почувствовать, если мужиков-то у меня было раз, два и обчёлся, да и те попадались с мини-инструментом.
– А муж что же? – почувствовав себя этаким мачо, спросил я. – Его прибор тоже не твоего размера?
– Мужа я не чувствую вообще, – призналась женщина. – Когда его мизинчик входит в меня, когда плюётся и выходит – даже не улавливаю. Борька мой знает о нашем несовпадении и сильно страдает. От того и закладывает часто за воротник. Когда чересчур напьётся, говорит, что мне кобылице нужно было за жеребца замуж выходить. Мне его жалко, а что поделаешь. Я ведь о мужиках до свадьбы ничего и не знала. Да и выбора особого не было – все парни наперечёт. Если бы отказалась от него – ходить бы мне в старых девах до скончания века. А так – семья как бы имеется, дочка народилась.
Тамара повернулась на бок, чмокнула меня пару раз наугад, ткнувшись губами в ключицу и снова легла на спину.
– А если уж и сравнивать меня с кобылой – то это, как ни смешно, будет правильное сравнение, – Тамара тихонько хихикнула. – У кобылы раз в год случка, и у меня не чаще. Вот побуду с тобой до зари, насыщусь любовью до оскомины и буду спокойно ждать лета, а то и осени.
– Почему лета? – удивился я. – А зимой что же?
