— У тебя весьма оптимистичный настрой, — нервно рассмеялся я, и хлопнул клона по плечу в ответ, — Ладно, Пётр, отключайся от «куклы». Мы начинаем.
Клон кивнул, сел на стул — и тут же закатил глаза. Связь с Салтыковым пропала.
Я проверил показатели капсулы, соединения с Источником и оборудованием, отошёл к главному терминалу.
— Первая группа — готова?
— Они ждут команды, — кивнул один из целителей, стоящих рядом.
— Всем занять места в капсулах.
Менталисты устроились поудобнее, и крышки их саркофагов медленно опустились.
Я ещё раз проверил отчёты, данные на мониторах, затем просканировал магическим зрением всю лабораторию — и только тогда понял, что сам изрядно нервничаю.
— Марк Григорьевич, — ко мне подошёл главный целитель проекта, Вячеслав Неклюев, высокий седой мужчина с орлиным профилем, — Всё под контролем. Мы вас не подведём.
— Уж постарайтесь, пожалуйста, — хмыкнул я, и забрался в свою капсулу.
В отличие от прочих, внутри неё были установлены элементы управления всей системой.
На всякий случай.
Крышка мягко опустилась, вокруг завибрировали потоки магии, окутавшие всё тело. Я вызвал проекционный терминал, ввёл последовательность заклинаний для запуска процесса.
На экранах вокруг меня загорелись индикаторы. Капсулы менталистов потемнели. Загрузка началась.
Через несколько секунд их сознания окажутся внутри магической реальности.
А я буду наблюдать.
Как администратор.
Как бог.
Прошло двадцать дней.
Всё растянулось на больший срок, чем показывали мои расчёты. Время будто сжалось в плотный комок — бесконечные отметки в электронных календарях, однообразные и напряжённые.
Я жил в режиме постоянной готовности — но хвала Эфиру, не терял связи с реальным миром. В отличие от менталистов, которые вообще не выходили из капсул погружения, я мог позволить себе выходить в реальный мир. Базис магической реальности для Салтыкова был сформирован в первые дни, и моя задача теперь заключалась в том, чтобы следить за ходом работы «ковыряльщиков в мозгах», да корректировать её раз в пару дней.
За всем остальным следил штат из тридцати артефакторов, колдунов разных специальностей, инженеров и программистов.
Меня слегка напрягало, что процесс затягивался — однако всё проходило без сбоев, поэтому я успокоил себя, и вернулся к «нормальной» жизни.
Учёба в «Аркануме» продолжалась.
Да, ректорат по прежнему настаивал, чтобы я не пропускал занятия, но после покушения на Салтыкова и моего временного «возвышения» отношение ко мне заметно изменилось.
Теперь меня больше не считали просто «подающим надежды» студентом, который вечно лезет в неприятности — теперь я был фигурой, которую лучше не трогать. Так что, если раньше меня вызывали к ректору, по меньшей мере, раз в неделю, то теперь преподаватели только вздыхали и делали вид, что ничего не замечают.
Даже Онегина и Земельцев, которые всё также на дух меня не переносили.
Тем не менее, я старался не пропускать пары лишний раз. Не потому что мне это было нужно — нет. По моим прикидкам, я уже знал больше, чем подавляющая часть преподавателей.
Но чтобы сохранять связь с академией, с её архивами, с библиотеками и лабораториями, где можно было найти полезное. Или для поддержания связей — тот же Левшов уже всерьёз раздумывал бросить академическую деятельность и перейти в «Маготех» после моего расплывчатого предложения. Или Иловайский — тот вообще стал делать вид, что я один из его ближайших друзей.
Странным образом из «неведомого изгоя», каким я был год назад, удалось превратиться в одного из известнейших студентов «Арканума», с которым все хотели дружить.
Та же Белецкая и вовсе ушла в академический отпуск, после моего предложения — и устроилась в нашу с Салтыковым корпорацию. По её глазам я видел, что она простила мне то, что я использовал её идею без спроса.
Теперь мы работали вместе, и она получила долю в компании, как я и обещал, но между нами появилась какая-то странная игра: кто кого переспорит, кто первый найдёт ошибку в расчётах, кто первым предложит оптимизацию магического кода.
Не скажу, что это мне не нравилось — скорее, наоборот.
Впрочем, корпорация не давала расслабиться. Управление проектами, контроль бюджета, согласование новых разработок, постоянное улучшение технологической и магической части — всё это легло на мои плечи. Юристы и управляющие Салтыкова, которых оказалось до одури много, помогали, конечно, но в технических вопросах они были бесполезны.
Это было моё поле. Моё пространство. И я чувствовал, что с каждым днём всё сильнее приближаюсь к намеченной цели. Новые сотрудники, новые руководители отделов, новые умы, идеи которых по каким-то причинам «забривали» в других компаниях или ведомствах — день за днём я отыскивал всё новых и новых магов и технарей, и подключал их к работе над своей магической реальностью.
