От автора .............. 5
Мир, расколотый надвое .......8
Мир, расколотый надвое .9
Начало 20
Вперед, к прошедшему 26
Каток и скрипка ....27
Иванове детство ....32
Интервью с Юсовым В. И.....42
Андрей Рублев ..........51
Интервью с Огородниковой Т. Г.........71
Солярис .78
Интервью с Артемьевым Э. Н.......93
Зеркало 100
Интервью с Чугуновой М. С..........116
В Зазеркалье.....124
Пейзаж души после исповеди ..............125
Интервью с Фейгиновой Л. Б.........142
От исповеди к проповеди .....149
От проповеди к жертве ........172
Мотивы Андрея Тарковского 194
Пространство и время у Тарковского 228
Кино как поэзия .........236
Вместо эпилога .....245
Библиография......250
Фильмография ...........251
Этой книге больше десяти лет. Сейчас я назвала бы ее наивной. Она началась вместе с "Ивановым детством" и долго накапливалась в виде текущих рецензий - одни из них попали в печать, другие нет. В 1976 году, после фильма "Зеркало", я собрала их, дополнила материалами, которые теперь можно было бы назвать "архивными", а также тремя обобщающими главами: "Пространство и время у Тарковского", "Мотивы Тарковского" и "Кино как поэзия, поэзия как кино".
На самом деле никакого архива еще не было. Были варианты сценариев на "Мосфильме" в редакторских шкафах, были "дела" фильмов: я тогда работала на студии в одной из коллегий и могла с ними познакомиться.
Еще была магнитофонная запись лекций, подаренная Андреем, и его статьи. Но этими материалами, так же, как тем, что теперь принято называть "интервью", а тогда было просто разговорами, я старалась пользоваться как можно меньше: пересказ замыслов режиссера не входил в мои намерения. Ведь внутреннее ухо слышит голос иначе, чем он звучит вовне.
Тогда книга не увидела свет и в 1981 году - после "Сталкера" - была опубликована в ФРГ. К этому изданию Тарковский сделал главный "подарок": попросил помочь мне свою постоянную сотрудницу М. Чугунову.
Теперь, когда Андрея Тарковского нет, его "вторая жизнь" только начинается. О нем пишут много, будут писать еще больше. Появятся его собственные публикации, воспоминания, исследования, научная биография наконец.
Наверное, начни я теперь, и у меня получилась бы другая история, наверное, более аналитическая,"но строк печальных не смываю". Пусть эта книга останется чем была: повременными впечатлениями зрителя. Всего лишь одного, но добросовестного. А значит, и свидетельством времени.
Разумеется, по сравнению с изданием 1981 года настоящее издание существенно дополнено. Во-первых, была написана глава "В Зазеркалье", во-вторых, то, что я назвала "монологи". Они принадлежат людям, с которыми режиссер работал не менее, чем на трех фильмах.
Я приношу глубокую благодарность всем, кто согласился рассказать о своей работе с Андреем Тарковским: моим коллегам, которые двадцать лет назад разбирали студийные завалы, чтобы отыскать варианты сценариев; и особо - М. Чугуновой и фотографу В. Мурашко, которые работали со мной над немецким изданием так же, как и над этим.
...Но пораженья от победы
Ты сам не должен отличать.
И должен ни единой долькой
Не отступаться от лица,
Но быть живым, живым и только,
Живым и только - до конца.
...Это было давно: ранней весной 1962 года. В Союзе кинематографистов шла очередная дискуссия "О киноязыке", кино бурно переживало поиски самого себя, и дискуссии были его бытом. Помню, как, заключая очередное заседание, Михаил Ильич Ромм, очень волнуясь, сказал примерно следующее: "Друзья, сегодня вы увидите нечто необычное. Такого на нашем экране еще не было. Но, поверьте мне, это очень талантливо. Имя режиссера - Андрей Тарковский".
Через два часа мы вышли из маленького просмотрового зала, которого сейчас уже нет, смятые, недоумевающие, еще не понимая, бранить ли автора фильма за это смятение или, отложив привычные представления, вдуматься, вчувствоваться в странный мир, появившийся и погасший на полотне экрана.
Этот вечер запомнился многим из присутствующих: был первый просмотр первого полнометражного фильма Андрея Тарковского "Ива-ново детство".
К фильму отнеслись по-разному, но одно было ясно: появился режиссер. Теперь кое-что в картине выглядит наивно и кажется данью времени, но магии своей она не потеряла и по сей день.
Тогда же, под свежим впечатлением от просмотра, я написала огромную рецензию в "Литературную газету".
