"– Думаю, будет лучше, если я перейду сразу к делу, – Джим глубоко вздохнул и начал заранее отрепетированную речь. – Я говорю с вами не от своего имени, а от имени Штаба Звездного Флота. Штаб признал нецелесообразным вашу криозаморозку. Основной причиной являются свойства вашей крови. Это слишком ценный материал как для исследований, так и в качестве лекарственного препарата, поэтому вам предлагается сотрудничество на условиях Штаба."
========== 1. Кирк ==========
База ЭБ17. 2260 год, два дня до экспедиции<7i>
Разумом капитан Кирк понимал, что ничего не случится. Он даже не наблюдатель, он просто решил задержаться ЭБ17 еще на полчаса. На базе ЭБ17 всё подчиняется приказам Звездного флота, да и не происходит ничего особенного – просто короткое объявление, которое делать не ему. Люди подчеркнуто-вежливы, но в этой вежливости нет и тени дружелюбия, только настороженность и… неприязнь?
Когда Маккой пересказывал ему события тех недель, что Джим был в коме, обронил что-то вроде «Может убить до того, как ты вообще поймешь, что происходит». Док был прав: могут. И от этого становилось не по себе.
2260 год, восемь месяцев до экспедиции
Дверь за спиной беcшумно закрылась, пора было начинать разговор, но все мысли словно остались на заседании Штаба ЗФ. Наверное, на самом деле все случившееся было закономерным, и кто-то из адмиралов наверняка рассматривал этот вариант заранее или даже хотел привести все именно к нему. Наверное, это самый правильный вариант для команды и самый выгодный для Звездного Флота. Наверняка. Только было бы честнее, играй они с открытыми картами.
– И долго вы собираетесь меня разглядывать, капитан?
Чуть насмешливый голос Кхана вернул к реальности. Да, нелепо молчать сейчас, после трибунала и вынесенных Штабом решений.
– Насколько я понимаю, новости вы принесли не самые лучшие. И если чувство времени мне не изменяет, заседание длилось гораздо дольше, чем планировалось. Не тяните.
– Нет. То есть да, дольше. Штаб подтвердил свое решение – вас отправят на базу ЭБ17. Все, как и обсуждалось прежде, но… Кхан, я должен пояснить вам ситуацию насчет вашей команды.
Джеймс запнулся, заметив, как сузились глаза Кхана. Да как же все объяснить в паре фраз?! Впрочем, хватило бы и одной – «я вам солгал», но говорить ее очень не хотелось. Можно играть словами и утверждать, что лжи не было, была лишь не полностью высказанная правда, но суть от этого не менялась.
– Я вас внимательно слушаю. Какие именно условия Штаб посчитал допустимым не выполнить?
Голос у Кхана обманчиво-спокойный, а вот взгляд… Зря все же в Штабе затеяли эту игру. Нужно было сразу говорить все напрямик. Вряд ли Кхан вел бы себя иначе, знай он все с самого начала. Скорее всего, точно так же принял бы предложенные условия, точно так же записал бы обращение к своей команде с требованием не вмешиваться и подчиниться решениям Штаба. Хотя, кто знает. Но теперь уже поздно гадать.
2260 год, восемь с половиной месяцев до экспедиции
Можно было гордится, что переговоры поручили именно ему, как единственному, кому удалось хоть как-то завоевать доверие Кхана. Радости это Джиму не прибавляло. Безусловно, у Штаба есть свои резоны вести дело именно так, но лгать, добиваясь сотрудничества, не хотелось. А выбора не было.
То ли больничный, то ли тюремный отсек. Охранников едва ли не больше, чем экипаж Энтерпрайза. Крайне располагающая обстановка для беседы, ничего не скажешь. По по крайней мере, в этой камере сейчас больше никого нет – охрана стоит за стеклянными стенами.
Криокапсулу уже открыли, еще несколько минут и Кхан окончательно придет в себя. Наручники предусмотрительно сменили – за месяц криозаморозки металл мог потерять прочность, одежду не тронули – на ней все еще гарь упавшего корабля, пыль рухнувших зданий, ржавчина старого аэробуса, на котором Спок и скрутил Кхана.
Положенные десять минут уже прошли, взгляд арестованного стал осмысленным, и Джим решил не тянуть время – чем раньше он начнет, тем раньше они до чего-нибудь договорятся.
– Вы меня слышите, Кхан?
Цепкий изучающий взгляд. Но ни слова в ответ.
– Думаю, будет лучше, если я перейду сразу к делу, – Джим глубоко вздохнул и начал заранее отрепетированную речь. – Я говорю с вами не от своего имени, а от имени Штаба Звездного Флота. Штаб признал нецелесообразным вашу криозаморозку. Основной причиной являются свойства вашей крови. Это слишком ценный материал как для исследований, так и в качестве лекарственного препарата, поэтому вам предлагается сотрудничество на условиях Штаба.
– Почему вы решили, что я заинтересован в сотрудничестве?
Голос хриплый и осипший. Кроизаморозка все еще действует на связки или Кхан пытается играть в беспомощность? Впрочем, какая разница.
– Когда-то вы говорили мне, что готовы на все ради своей команды.
– Когда-то вы утверждали, что не убиваете невиновных. Но торпеды были взорваны.
Джим чуть поморщился:
– Торпеды – были. Но вы же не просто с места крушения корабля сбежать пытались. Вы надеялись во время общей суматохи добраться до оставшихся восьми капсул.
– И что вы можете предложить от имени Штаба?
Прежнего безразличия в голосе Кхана уже не было.
«Энтерпрайз», 2260 год, девять месяцев до экспедиции
