Инвар в отряде с 19 лет. Младший сын какого-то аристократа, практически не имевший шансов на наследство, и потому отосланный из родительского гнезда на учебу. Приехал к нам учиться, но проиграл все деньги в карты. К его величайшему позору, я выкупил его из долгового плена у некоего теневого авторитета (имени его я вам не скажу; и да, не удивляйтесь, у меня много интересных знакомых – от Короля до теневых авторитетов). Парнишка впечатлил меня мастерством фехтования. Он пришел в отряд годом позже Ка-ну, и почему-то они очень сдружились.
На стороне Акиры выступала Корнелия. Если быть точным, она выступала против Инвара. Но бесил ее, ибо (о ужас!!!) дружил с богомерзким нелюдем.
– Как можно лишить жизни растение, только лишь ради собственного удовольствия заготовить палку для чертовых лыж? Они бесполезные! – возмущалась Корнелия.
– Да как вы можете такое говорить!? Лыжи – это лучшее изобретение человечества! – воскликнул Инвар.
– Тебе не понять! – вступила в спор Мэу. Она училась у Инвара кататься и очень их любила: – Ты же, кроме своих… – ворожея, закатив глаза, скорчила рожу: – предсказаний погоды ничего не умеешь!
– А ты… ты, – вспыхнула Корнелия: – только "глазки строить" и умеешь! Мастерица, блин!
– Лыжная палка не стоит того, чтобы ломать мои деревья!
– Успокойтесь, леди! – вставил Инвар.
– А ты помолчал бы! – снова вступила предсказательница: – Аристократ такой, типа, а водишься не знамо с кем!
В спор вступил названный "не знамо кто", очаровательно вставляя в оловянные волосы веточку убитого дерева:
– Соизвольте замолчать, госпожа выдра! – состроил он глазки Корнелии.
Она, задыхаясь от возмущения, метнулась было ко мне, но, натолкнувшись на мой бесстрастный взгляд, бросилась искать поддержки у Алекса.
– Мне плевать на ваши разборки, – равнодушно сообщил тот, даже не оторвавшись от чтения.
Я вздохнул, чуть заметно улыбнувшись. М-да, это их нормальное состояние.
– Замолчите все, – спокойно сказал я, звеня колокольчиком.
Спорщики затихли и расселись.
– Ну что, Чарли? Чего ради ты устроила этот милый спектакль? Захотела на халяву прокатиться на мне до базы?
– Это в первую очередь!– засмеялась Скарлетт: – Но не только! Я добыла нам крайне ценную – я бы даже сказала, бесценную – информацию.
Я объявил общий сбор.
–… Главарь – Френсис Коготь, как ты и предполагал, – вещала Чарли, прохаживаясь по холлу: – С ним еще, по разным данным, то ли десять, то ли одиннадцать человек, да плюс та троица, которых я подслушала. Они готовят еще один налет. Эти трое встретятся с Френсисом за лесом, чуть западнее большого оврага. Они не знают, где он сейчас, но там обещал быть… послезавтра вечером.
Подготовкой облавы занялись всем отрядом.
Наш примерный план был таков: небольшими группами (два-три человека) рассредотачиваемся по местности и выжидаем. Бандитов пытаемся брать в кольцо.
Загадкой оставалось, как поймать главаря. Наверняка ведь бросит своих и попытается улизнуть… А у него точно есть, что рассказать следствию, так что отпускать его никак нельзя.
– На парализующую точку воздействовать, – предложила Акира.
– И как ты себе это представляешь? Он же всегда в броне. Хотя… если можно стрелой…
– Броню не пробьет, – сказал Гюстав.
– Смотря как стрелять, – уцепился за идею Ка-ну. – У Антика очень сильный выстрел, он может пробить.
– Антик, ну-ка, выстрели по мишени, – распорядился я: – С максимально возможной силой.
– Этого недостаточно, – сказал Гюстав, рассматривая мишень (они у нас были непростые, усиленные). Стрела ее пробила и скромно выглядывала с другой стороны маленьким ромбическим наконечником.
– Антик, дай-ка… – тот протянул Ка-ну свой короткий, по типу монгольского, лук: – Если подтянуть тетиву… – проговорил оружейник.
– А не сломается? – с сомнением спросил Гюстав.
Антик осторожно взял лук в руки, пору раз пробно, в полсилы натянул, и резко пальнул.
– М-м-м… – глубокомысленно заключил Гюстав, вытаскивая стрелу, до середины ушедшую в мишень, с обратной стороны.
– Давай еще, вот в эту точку! – Ка-ну показал относительно неповрежденный участок и едва успел отдернуть руку.
Для чистоты эксперимента Антик брал каждый раз новую стрелу.
Мишень она пробила, но на этот раз на меньшую глубину.
Гюстав нахмурился:
– Интересно, почему?
– Когда тетива перенатянута, она немного ослабляется с каждым выстрелом, – сообщил Антуан.
– Значит, у тебя будет всего одна попытка, – заключил я.
– Уверен, одной попытки ему хватит, – сказал Ка-ну.
– А она точно пробивает броню? – Гюстав вытащил стрелу из мишени и задумчиво покрутил в руках: – На металле бы попробовать…
– Том, – протянул Ка-ну: – Дай-ка твой щит.
Томмазо отдал. Ка-ну одел щит на руку и встал в стойку.
– Э-э! Так вот он вам зачем! – взвыл Том, когда первая стрела лязгнула по металлу.
– М-да… – вздохнул Ка-ну: – Пробивает, но не достаточно глубоко.
– Можно с расстоянием поиграть, – предложил Гюстав: – Если поближе попробовать?
– Расстояние нам бы побольше, – нахмурился я: – Близко его подпускать не хочется.
– С десяти шагов давай, – распорядился Гюстав.
