– Только не ледяной водой! Пожалуйста! – вскрикнул я, торопливо принимая сидячее положение, чтобы произвести впечатление бодрствования.
– Напротив нас стоят цыгане, они могут взять тебя до Агъерри, вам по пути… Поедешь?
– Э-э-э…
– Решайся быстрей! Они скоро отъезжают.
– Еду! – я поднялся и начал торопливо одеваться.
Старик дал мне новую одежду, так как моя была в весьма прискорбном состоянии. В последнюю очередь накинул куртку и глянул в зеркало…
Идиот! Незнакомые люди ни за что не возьмут с собой потустороннего…
Я принялся копаться в вещах и нашел там темно-серый платок, который я повязал на лицо, и черную шляпу. На руки натянул перчатки, чтобы спрятать когти.
– Долго ты там? – крикнул со двора старик.
– Ща!
Эх. Прическа слишком приметная. Эти пряди…
– Они отправляются через пять минут!
Я схватил ножницы.
Две длинные пряди упали на пол. Эпично было бы кинуть их в камин, и сжечь, как символ прошлой жизни… Но волосы потусторонних не горят.
Ладно, останутся деду на память…
– Я готов! – мы со стариком столкнулись в дверях.
– О… – протянул он, взглянув на меня.
Я крепко обнял его:
– Спасибо! Вы очень помогли мне! Порой я вел себя глупо, простите! Всего вам хорошего!
Я дохромал до повозки и помахал ему рукой.
– Удачи! – крикнул он.
Ребята, к которым я прибился, оказались очень хорошими.
Их главный в шутку звал меня Мистер Икс.
Я аккуратно сказал лишь о том, что мне позарез надо попасть в Монтелик.
– От Агъерри ты пешком до Монтелика не дотопаешь, – сказал он мне: – Тебе нужен конь. Я мог бы отдать тебе коня в обмен на что-нибудь стоящее и научить ездить верхом.
Я достал наконечник копья – это было последнее, что у меня осталось от моего мира, да и вообще от всей моей жизни. Прошлой жизни.
Я усмехнулся, подкинул его в руке и протянул главному.
Он осмотрел его со всех сторон, поцокал языком и сказал:
– Этот наконечник стоит моего лучшего жеребца.
… Коня звали Кембия, что в переводе означает "ветер".
Главный рассказал мне, как им управлять, как подниматься в стременах. По-моему, проще некуда.
Мы вышли на дорогу, он дал знак залезать в седло. Тут я столкнулся с проблемой: непослушную раненую ногу задрать так высоко я не мог. Я решил обойти коня и попробовать с другой ноги.
– Стой! – главный, усмехнувшись, схватил меня за локоть: – Не подходи к коню сзади, двинет копытами – мама не горюй.
Он помог мне кое-как вскарабкаться в седло.
Я пустил коня шагом. Потом перешел на рысь.
Сразу вспомнил, что надо приподниматься в стременах.
Раненая нога тут же меня подставила и проскользнула в стремя. Я испуганно схватился за гриву коня. И, наверное, сделал ему больно…
Кембия встал на дыбы и понес. Я заорал и еще сильнее вцепился в его шею, пытаясь не упасть: на такой скорости, да на каменистой дороге это будет дорогого мне стоить…
Еще чуть-чуть, и я бы сорвался.
Главный пустил своего коня наперерез и, схватив Кембию за узду, остановил.
Помог мне выпутаться из стремян и спуститься на землю.
– Испугался?
Коленки и руки предательски дрожали, но я, через силу улыбнувшись, сказал "нет".
Главный, усмехнувшись, похлопал меня по плечу.
– Да, мистер Икс, не все так просто, как ты думал. Но не переживай, научишься.
К полудню мы достигли Агъерри. Дальше мои попутчики сворачивали на запад, а я двигался в сторону Монтелика.
Я попрощался с ними и двинулся в путь.
На привале я, впервые за две недели, позволил Антику пострелять из лука.
Первый выстрел был неудачным. Антик едва зацепил дерево, в которое целился. Он выхватил вторую стрелу. Она вообще ушла в сторону. Третья в ствол попала, но сбоку и слишком низко.
Антик сжал кулаки и прошептал:
– Ч-черт!
– Спокойно, – сказал я, потрепав его по плечу: – Дай себе время на восстановление. Такие ранения не проходят бесследно.
Пишет Кариджану.
Как же у меня все болит… Особенно ноги. Мне никогда еще не приходилось скакать столько часов подряд.
Кажется, мое тело на меня нехило так обиделось.
Хоть помирай на месте…
Однако я встал и принялся седлать Кембию.
Надо ехать. Иначе я рискую не догнать отряд, и тогда… все кончено.
К закату на горизонте показались башенки Монтелика.
Близко к городу мы подходить не стали, и разбили лагерь в лесу чуть западнее.
Я гнал Кембию во весь опор.
С каждой секундой, с каждым метром меня все сильнее накрывала паника.
Вдруг я опоздаю? Это конец!
День уже клонился к вечеру. Я был в седле уже вторые сутки без сна, и понимал, что и этой ночью мне вновь не сомкнуть глаз.
Небольшая передышка: напоить коня и дать ему отдохнуть.
Снова в дорогу.
Я не смог вскочить в седло и тяжело опустился на землю. Давай же! Последний рывок!..
Кембия аккуратно сел на землю, давая мне возможность забраться.
– Спасибо! – растроганно прошептал я, когда конь поднялся – я знал, что это тоже для него непросто.
Мы скакали всю ночь.
К рассвету на горизонте показались башенки Монтелика…
Я невесть зачем затягивал с выходом.
Что-то смутное и неосознанное подмывало остаться, постоять еще немного…
