Одновременно с этим между ножками одного из столов мелькнуло чье-то белесое тело, затем заскрипела отодвигаемая с дороги железка. А еще через миг из темного лаза выбрался… выбралось нечто, при виде которого я неожиданно осознал, что еще очень мало понимаю в маготехнике. Да и вообще мало что смыслю в жизни, которая, как оказалось, способна создать не только полноценный симбиоз человека и искусственно созданного модуля, но и породить такого монстра, что мне бы и в страшном сне не приснилось.
Первое, что бросилось мне в глаза, это непропорционально большая, практически лысая, неимоверно раздутая и на редкость уродливая голова, над которой колыхалась бесформенная студенистая масса синюшно-багрового цвета, покрытая густой сеткой сосудов и толстой пленкой, похожей на целлофановый пакет.
Поначалу мне показалось, что это растущая из макушки гигантская опухоль, настолько омерзительно она выглядела.
Но чуть позже я заметил характерные следы на деформированном черепе, углядел на костях зазубрины от пилы. Затем нашел глазами грубо сделанные швы в основании «опухоли», которые, несмотря на попытку сохранить голове привычный вид, со временем все-таки разошлись. И неожиданно понял — это не просто опухоль, а чудовищно разросшийся, уже не помещающийся в предназначенном ему природой вместилище мозг. Который по непонятным причинам настолько увеличился в размерах, что сначала кто-то вынужденно выпилил в оказавшемся тесном черепе приличную дыру. А затем это жутковатое образование выбралось наружу, деформировалось и разрослось до такой степени, что кожу на голове сначала неестественно растянуло, а потом она и вовсе лопнула, и никакие швы ее уже не смогли удержать поверх этого кошмарного образования.
При этом голова когда-то все-таки была человеческой. По крайней мере, все на это указывало — округлые глазницы, пропорции носа и ротовой щели… у этого существа даже уши остались обычными, человеческими. Вот только обвисшая и сморщенная от старости кожа висела складками, так что на человека
Туловище у него тоже оказалось деформированным и лишь отдаленно напоминало нормальное. Начать с того, что оно не имело признаков пола, а на том месте, где когда-то были соответствующие органы, торчало лишь несколько толстых трубок, из которых что-то явственно подтекало. При этом само туловище располагалось не вертикально, как у нормальных людей, а почти горизонтально, то есть параллельно полу, как у зверя. Вместо рук и ног у него имелись многосуставные металлические конечности, работающие на сервоприводах. Вместо сосудов виднелись тонкие трубки, по которым текла грязно-бурая жидкость. Для того, чтобы удерживать на весу кошмарную голову, вдоль позвоночника оказалась выстроена сложная металлическая конструкция, поверх которой ремнями был прикручен большой стеклянный баллон с фосфоресцирующей, ярко-зеленой жидкостью, которая, судя по воткнутой в позвоночник игле, поступала прямо в спинно-мозговой канал. А в области шеи у твари имелись толстые штифты, которые фиксировали распухшую башку в неестественном для человека положении и заодно создавали дополнительную опору для уродливого черепа, который, словно чудовищная корона, венчал такой же чудовищный мозг.
Лицо у твари оказалось еще хуже — сухая мертвая кожа, свисающая со щек, словно брыли у старого бульдога, огромные черные струпья, покрывающие большую часть скул и лба, маленький сморщенный рот с тонкими черными губами, как у недельного мертвеца. И на этом фоне — необычайно яркие, подвижные, темно-зеленые глаза. А еще аура… широченная, заполонившая собой все помещение, агрессивно горящая, невероятно плотная и почти осязаемая аура, интенсивность свечения которой оказалась в два раза выше, чем в свое время я видел у тэрнэ Ларинэ.
Выбравшись из своей норы полностью, жуткий старик, как какой-то скорпион, проворно спрыгнул на пол, клацнув при этом внушительными когтями. После чего на мгновение замер и, приподняв переднюю правую лапу, словно настоящий зверь, вперил в меня неподвижный взор.
Я после этого явственно ощутил, словно меня запихнули под тяжелый пресс и хорошенько так приплющили. Несмотря на найниитовую защиту, ментальная оплеуха оказалась гораздо сильнее, чем в первый раз. Причем настолько, что казалось, еще немного, и все мои мысли, страхи, сомнения, вся моя личность просто-напросто вытечет из ушей и отправится в лапы этому уроду.
При этом работал он грубо, жестко, даже не скрываясь. Никаких ухищрений или уловок. Никаких ловушек или обманных маневров. Напротив, как и во сне, старик действовал прямо, но при этом чрезвычайно эффективно. А ментальная сила у него оказалась такой, что даже под найниитовой броней я почувствовал себя крайне неуютно.
