Я кивнул и подумал, что мужик мне скорее нравится, чем нет. Нормальный такой дядька. Если бы мы с ним вот сейчас садились за стол переговоров, то можно было бы сказать, что он их только что успешно выиграл. Не в том смысле, что я всецело ему доверяю, опираясь на свое чутье, знание человеческой природы и чуть-чуть на подсчет своих наблюдений. Просто примерно так переговоры и выигрываются.
По-хорошему удиви при знакомстве, продемонстрируй дружелюбие, и преодолей вместе с оппонентом несложное препятствие.
«Стопудово чувак из КГБ», — подсказал внутренний голос.
Но не угадал.
— Володя, ты в судьбу веришь? — усмехнулся Арнольд, когда мы завершили все вежливые расшаркивания.
— И всякие там знаковые совпадения? — уточнил я. — Да, вполне.
— Тогда ты меня поймешь, — Арнольд улыбнулся одними губами, глаза остались серьезными. — Значит так, рассказываю предысторию. Я работаю коммерческим директором в студии «Парашют-Рекордс» (лейбл вымышленный)…
Ева сделала круглые глаза. Ну да, разговор о судьбе начал человек из самого, пожалуй что, крутого российского лейбла. Считай что, первого из независимых.
А я понимающе хмыкнул. Значит все-таки деловой разговор. И точка пересечения понятная.
— В общем, давайте уже интригу прекратим, мне тебя показал мой троюродный брат, — сказал Арнольд. — Он у меня из тех, кто с видеокамерой не расстается. И по рок-фестивалям ездит. Сначала я тебя видел на записи с «Невских берегов», а потом — вот с этого недавнего фестиваля как раз здесь, в Новокиневске.
— Странно, — я пожал плечами. — Вроде я же не играл ни на чем…
— Вооова, — засмеялась Ева. — Ну да, не играл он…
— А, точно, — хмыкнул я. — Семена свободы и все такое…
— Про это я слышал, конечно, но я имею в виду другую ситуацию, — Арнольд покачал головой. — Это было в какой-то квартире, на кухне. Вы тогда еще спорили о философии и чем-то таком подобном…
— Так, и тут я снова потерял нить повествования, — сказал я. — Ну да, я в тот вечер тоже периодически брал камеру. И смутно припоминаю еще один «стеклянный глаз». Так и что?
— Да, странно звучит, согласен, — кивнул Арнольд. — В общем, совпало несколько вещей. Сначала я увидел кусок записи с концерта в Новокиневске. И там была только часть песни группы «Ангелы С». Я обратил внимание, потому что качество музыки меня зацепило. Так, что-то я опять пускаюсь в пространные рассуждения. Вот что значит на переговоры неподготовленным приходить! Короче. Игорь Саныч, мой босс, в последнее время начал, кажется, сворачивать не туда. И меня, как коммерческого директора, этот вопрос, разумеется, парит.
— Так, — кивнул я, стараясь уследить за извилистым путем логики Арнольда. — Игорь Саныч — это Шутовский? Босс «Парашюта»?
— Ну да, разумеется, — покивал Арнольд. — А не туда понесло вот в каком смысле. Он решил вдруг, что вообще неважно, каким говном кормить публику. Главное, в какой фантик это заворачивать. А это… ну… не совсем так… Но спорить с ним — себе дороже. «Ты, говорит, Арни, ни черта в этом не понимаешь. Сидишь на кассе, вот и сиди». Так, надо еще короче, да?
— Да вроде мы никуда не торопимся, — усмехнулся я.
— В общем, с сегодняшней встречей — это правда что-то из области судьбы, — сказал Арнольд и развел руками. — Буквально вчера мы обсуждали разный региональный рок, фестивали, смотрели видео. Мне рассказывали, что вот ты — это Велиал. Раньше был гитаристом, а потом взялся за раскрутку, и меньше чем за год превратил стремных каких-то сатанистов в очень пристойную группу. Я, кстати, оценил динамику. Послушал, как твои ребята играли в Питере, а потом еще раз посмотрел запись из Новокиневска. Прямо, мое почтение. Прогресс настолько очевидный, что…
— Да, ребята молодцы, — кивнул я. Интересное дело. Арнольд говорил и уверенно, и нет. То есть, это все еще не предложение о сотрудничестве.
— Ты как относишься к авантюрам? — Арнольд прищурился и посмотрел мне в глаза.
— Как-то это все странно, — сказала Ева, когда мы с ней забрались в полупустой автобус. Инерция прибытия уже выгнала всех тех, с кем мы летели на одном самолете из аэропорта, так что сейчас здесь было сонно и пусто. Бомбилы проводили нас до остановки скучающими взглядами, желающих уехать, кроме нас, в салоне было еще человека четыре.
— Ты про пустой автобус? — спросил я. — Так все же просто. Новокиневский аэропорт не сказать, чтобы популярное место. Сколько сюда в день прилетает самолетов? Семь? Восемь? Мы прилетели часа полтора назад, так что…
— Да нет, я не об этом, — покачала головой Ева. — Я про этого самого Арнольда и его предложение. Столько оговорок… Мол, ничего не обещаю, му-хрю…
— Не скажи, — я задумчиво проводил глазами пыльную стелу аэропорта. — Вот начни он обещать с три короба, я бы как раз напрягся. Он же явно не в свою епархию лезет.
