— Что значила для вас Петра? — Больше, чем я мог себе представить.
========== Часть 1 ==========
Мы всегда задумываемся об истинности тех или иных вещей, неосознанно стремимся к правде и часто задаёмся вопросом: «Что если?..», продолжение которого колеблется между «меня не станет» и «я забуду». Сами желаем ответить на них, либо подвести к этому. Конечно, знать наверняка не приходится, но хотя бы на долю истинны мы приходим к конечному ответу.
Кажется, что даже если забудем нашу жизнь, мы тут же вспомним (если нам помогут) близких людей, и уже с ними будем восстанавливать всю цепочку событий, заново строя свою новую. И тогда мы либо вспомним, либо просто обретём драгоценные воспоминания.
Если всё же забудем, мы неосознанно стараемся показать, что это не так, избавляя других от переживаний и излишнего внимания к себе.
Но всё же, что мы будем помнить, если забудем, к чему будем стремится? Ради чего? Ради кого мы хотим помнить?..
Топот копыт разносился со всех сторон, периодические было слышно, как подпрыгивают на небольшое кочке припасы и оружие, что лежали в деревянных тележках, как свистит ветер.
Девушка сильнее прижалась к спине своего спутника, вынырнув из омута рассуждений, который множеством маленьких кусочков-моментиков, собирал одну большую картинку её жизни.
Пазлы таких фактов, как родимый дом, папа, друзья, праздники, поступление в кадетский корпус, первые поражения и удачи, момент, когда на большой сцене командор Разведки представлял свой корпус, как осталась стоять после приглашения вступления она, Оруо и ещё парочка ребят, то, как открылись перед ней, как нового участника, двери в корпус Легиона девушка помнила прекрасно также, как и любой человек помнит самые важные воспоминания в своей жизни, но при попытке понять, что было дальше, Петра понимала, что осталось от всего этого лишь пустота, самая настоящая, непроглядная. Будто бы дальше этих моментов она просто не существовала, ничему не училось, ни с кем не знакомилась, и именно это превращало всю ситуацию в безвыходное, как ей показалось, положение.
Но было и то, что давало шанс восстановить всю картину — некое непонятное чувство того, что она желает всем сердцем увидеть.
Да только вот что или кого, Рал не понимала.
— Не бойся, Петра, я с тобой, — тепло сказал спутник, когда они остановились перед главными воротами. — Я помогу тебе вспомнить.
Чугунные врата со скрежетание стали подниматься. Их острые, как лезвие мечей, ножки медленно отрывались от земли, пропуская всадников во внутрь. Сегодня прошла ещё одна экспедиция, и произошедшие события заставили командиров задуматься и отвлечься именно в тот миг, когда появилась необходимость запустить сигнальную ракету, оповестив разноцветной дымкой стражей стены, чтобы они стали поднимать ворота. В любой другой день эта ошибка стоила бы жизней, но не сегодня — титанов по близости не было.
К вернувшийся после изнурительного боя солдатам стали подходить горожане.
— Сыночек мой вернулся? — со слезами на глазах спрашивала уже пожилая женщина. Её некогда молодое и, видно, прекрасное лицо из-за прожитых годов и сильных переживаний приобрело бледный, почти как у мертвецов, оттенок. Старая, сухая кожа была покрыта трещинками и морщинками; редкие седые волосы были убраны в тонкий пучок. — Скажите, Эрвин, прошу вас! — Тощие руки тряслись и всё пытались остановить командора; ноги еле поспевали за мирным шагом лошади. — Том, Том Купер, сэр, — как бы опережая вопрос, ответила женщина.
— Миссис Купер, я смогу ответить на этот вопрос позже, — быстро произнёс Смит, не смотря на неё.
— Сообщит он, как же, да такой только в похоронах обо всех сообщает, придурок! — крикнули из толпы.
— Похоронки… — Судьбу этой женщины Петра так и не узнала, ведь впереди стоял и ждал её отец.
— Папа, — тихо прошептала девушка, чувствуя, как собираются в уголках глаз слёзы. — Папа! — крикнула она.
— Солнышко моё, как я рад тебя видеть! — Стоило только мужчине увидеть личико его прекрасной дочурки, как на его лице расцвела счастливая улыбка.
— Пожалуйста, подъедь поближе. Я хочу немного поговорить с ним.
— Но только не долго. — Парень развернул поводья лошади.
— Я обещаю, что навещу тебя, папа. Надо ехать, прости.
— Всё хорошо. Я рад тебя видеть. Не забудь навестить! — Он взял свою малышку за руку и чуть сжал.
— Обещаю, — тихо прошептала Петра, прикрыв глаза.
Когда лошадь покинула городскую улицу и вышла на просёлочную дорогу, Рал уткнулась носиком в спину парня и прошептала так, чтобы он услышал её: «Спасибо, это очень важно для меня»
— Я не мог поступить иначе.
***
Коридоры, по которым он её вёл, казались знакомыми, но если бы Петру попросили показать дорогу хотя бы до столовой, девушка не смогла бы помочь.
Каменные проходы освещались факелами. Изредка можно было увидеть небольшие застеклённые окна, из которых лился слабый свет заходящего солнца.
Он уверенно шёл впереди, взяв любимую за руку. Ханджи просила показать Рал по приезде в штаб. и он не смел ей перечить — какой бы поехавшей она не казалась, жизнь спасти могла, потому что долгие вечера сверок сходств титанов с человеком дают свои плоды.
— Я совсем не помню. Кто она?
