Джек закончил работу в три. Выехал со станции и направился к обувному магазину, неподалеку от дома. Он поставил ногу на скамеечку, и продавец развязал шнурок на его грубом башмаке.
— Что—нибудь удобное, — попросил Джек. — На каждый день.
— Сейчас подберем.
Продавец принес три пары, и Джек сказал, что возьмет бежевые из мягкой кожи, в них ногам свободно, и они легкие. Он заплатил и сунул под мышку коробку со старыми башмаками. И пока шел до машины, все смотрел на свои новые ботинки. Всю дорогу домой он чувствовал, как легко теперь переставлять ступню с педали на педаль.
— Ботинки новые купил, — сказала Мэри. — Ну—ка дай посмотрю.
— Нравятся? — спросил Джек.
— Цвет не очень, зато наверняка удобные. Давно пора было купить.
Он снова посмотрел вниз, на ботинки.
— Пойду приму ванну, — сказал он.
— Сегодня поужинаем раньше, — сказала она. — Хелен с Карлом ждут нас вечером. Хелен на день рожденья ему кальян подарила, им не терпится его обновить. — Мэри посмотрела на него. — Ты как, ничего что пораньше?
— Во сколько?
— Примерно в семь.
— Ладно.
Она снова перевела взгляд на его ботинки и втянула щеки.
— Ну, иди купайся, — сказала она.
Джек включил воду, снял ботинки и разделся. Он полежал какое—то время в ванной, потом стал щеточкой вычищать машинное масло из—под ногтей. Опустил руки в воду, потом поднес их поближе к глазам.
Она открыла дверь в ванную.
— Я тебе пива принесла.
Пар окутал ее и поплыл в гостиную.
— Я еще минутку, — сказал он. И отхлебнул из банки.
Она присела на краешек ванны и положила руку ему на бедро.
— С войны к родному порогу, — сказала она.
— С войны к родному порогу, — отозвался он. Она провела ладонью по мокрым волоскам на его бедре. А потом хлопнула в ладоши.
— Слушай, совсем забыла тебе сказать! У меня сегодня было собеседование, и по—моему, мне предложат работу — в «Фэйрбэнкс».
— На Аляске?
Она кивнула.
— Ну, что скажешь?
— Всегда хотел побывать на Аляске. И что, можно всерьез надеяться?
Она снова кивнула.
— Я им понравилась. Они сказали, что свяжутся со мной на следующей неделе.
— Здорово. Дай—ка мне полотенце. Я выхожу.
— Я пока пойду накрою на стол.
Кончики пальцев побледнели и сморщились. Он не торопясь вытерся, надел чистую одежду и новые ботинки. Расчесав волосы, пошел на кухню. Пока она накрывала на стол, выпил еще одну банку пива.
— С нас крем—сода и чего—нибудь пожевать, — сказала она. — Надо будет заехать в магазин.
— Крем—сода и чего—нибудь пожевать, — повторил он. — Хорошо.
Они поужинали, и он помог ей убрать со стола. После поехали в магазин, купили крем—соду, картофельные и кукурузные чипсы и крекеры с луком. На кассе он прихватил еще горсть шоколадных батончиков «Ю—Ноу».
— Мм, вот это правильно, — увидев их, сказала она.
Они заехали домой, отставили машину, а потом прошли квартал пешком до дома Хелен и Карла.
Дверь открыла Хелен. Джек поставил пакет на обеденный стол. Мэри села в кресло—качалку и потянула носом.
— Джек, мы опоздали, — сказала она. — Они без нас начали.
Хелен засмеялась:
— Карл пришел, и мы пропустили по одной. А кальян еще не раскуривали. Вас ждали. — Она стояла посреди комнаты, смотрела на них и улыбалась. — Посмотрим—посмотрим, что там у вас в пакете, — сказала она. — Вот это да! Съем—ка я, пожалуй, кукурузный чипсик. А вы, ребята, будете?
— Мы только что поужинали, — сказал Джек. — Мы попозже попробуем. — Вода перестала шуметь, и Карл услышал, как в ванной насвистывает Карл.
— У нас есть фруктовый лед и драже «Эм—энд—эмс», — сказала Хелен. Она теперь стояла у стола, запустив руку в пакетик с картофельными чипсами. — И если Карл сегодня вообще выйдет из ванной, он раскурит кальян. — Она открыла коробку с крекерами и положила один себе в рот. — Вкусные, между прочим.
— Видела бы тебя сейчас Эмили Пост[1], — сказала Мэри.
Хелен засмеялась. Покачала головой. Карл вышел из ванной.
— Всем привет! Привет, Джек. Об чем смех? — он улыбнулся. — Я слышал, как вы смеялись.
— Это мы над Хелен, — сказала Мэри.
— Это Хелен смеялась, — сказал Джек.
— Она чудачка, — согласился Карл. — Какая вкуснятина! Ну что, ребята, выпьем по стаканчику крем—соды? А я пока кальян раскурю.
— Я выпью, — сказала Мэри. — А ты, Джек?
— Я тоже, — сказал Джек.
— Джек сегодня слегка в улете, — сказала Мэри.
— Ты это к чему? — спросил Джек. И посмотрел на нее. — После таких слов я, глядишь, и впрямь улечу.
— Да я пошутила, — сказала Мэри. Она подошла и села рядом с ним на диван. — Я просто пошутила, радость моя.
— С чего это ты, а, Джек? Бросай это дело, — сказал Карл. — Давай я лучше тебе покажу, что мне на день рожденья подарили. Хелен, ты пока открой бутылку крем—соды, а я раскурю кальян. Пить хочу — умираю.
Хелен поставила чипсы и крекеры на журнальный столик. Потом принесла бутылку крем—соды и четыре стакана.
— Прямо пир на весь мир, — сказала Мэри.
— Если бы я целыми днями не морила себя голодом, я бы в неделю по десять фунтов набирала, — сказала Хелен.
— Как я тебя понимаю, — подхватила Мэри.
Карл вернулся из спальни с кальяном в руках.
