One for sorrow, Two for joy, three for a girl, Four for a boy, five for silver, Six for gold, Seven for a secret never be told Посткон рассказанной в фильме истории в ритме детской считалочки с участием некоторых людей и некоторых не совсем людей.
========== One for sorrow (Рик Декерт) ==========
Меня нашел Брайант. Если вдуматься, это странно – за все годы нашего сотрудничества Брайант никогда не звонил мне лично, никогда сам не заходил в мой кабинет. И уж тем более не приходилось ожидать, что Брайант найдет меня на краю незаселенной территории, где мы с Рэйчел обосновались. Уайтбург, заштатное поселеньице тех, кому нечего делать в большом городе, но и ехать в совсем уж дикую глушь не хочется. До ближайшего оплота цивилизации часа четыре лету на спиннере.
Окна тут можно было не закрывать наглухо, как в городе. Откуда-то донеслось:
One for sorrow,
Two for joy,
Three for a girl,
Four for a boy,
Считалочка, от которой мне всегда становилось жутко – я вспоминал ту смертельную игру, которую вел со мной тот, последний из Нексусов. Рой. Ту игру, которую я ему в конце концов проиграл.
Five for silver,
Six for gold,
Seven for a secret never be told
Где-то играли детишки. В Уайтбурге были детишки, подумать только. Дикие, как цыганчата, но все-таки живые. И возможно, никого из них даже не признают специалами, неполноценными. Тут даже пыли, радиоактивной пыли, донимавшей города, почти нет. Тут оседало что-то, чей период полураспада уже окончился. Если бы на Земле осталось побольше инициативных, настойчивых – такие территории давно бы уже заселились. Очистились, облагородились. Но человечество предпочитает, загадив свою планету, лететь гадить на остальные.
Итак, Гэри Брайант, мой бывший шеф. Его бульдожья физиономия, еще более обрюзгшая и обросшая с тех пор, как мы виделись в последний раз. Он оглядел крошечный домик, который мы занимали, и довольно хмыкнул. Я вытащил два стакана – не слишком чистых, но уж какие есть, - и плеснул бурбона себе и ему. Старый бурбон. Мне достает его один итальянец, которому я помог советом по поводу его енота. Здесь многие держат животных, живых животных. Рэйчел пытается острить, говоря, что у всех тут живые животные, и только у меня – даже не настоящий человек. Я отвечаю ей слоганом корпорации Тайрела - «Человечнее, чем сами люди».
Оказалось, Брайанта по-тихому убрали из города и направили сюда кем-то вроде шерифа. Не знаю, зачем в таком месте как Уайтбург нужен шериф.
- После отставки тех андроидов было многовато шума, - поморщился Брайант. Глотнул бурбона и снова поморщился. - Тайрел погиб, пошли перетасовки. Гроцци Индастриз – ты помнишь, те, что выпускали Т-14, на которых ломались наши старые тесты, - зашевелились. Ты же знаешь, что они всегда стремились прищемить хвост Тайрелу. А тут еще и Роузен пропала…
Брайант рассуждал о воротилах бизнеса так, будто сам был вхож в эти круги и вполне запанибрата с Элдоном Тайрелом, Адой Гроцци и прочими. Я молчал, ожидая, что же будет дальше.
- Я вот думаю, - медленно проговорил Брайант, - отчего вдруг скрылся ты, Декерт? Так неожиданно, бросил все… Ты ограбил церковную кассу или обольстил жену сенатора?
- Спроси у Гаффа, - холодея, проговорил я. Гафф тогда отпустил Рэйчел, хоть и знал, кто она такая. Брайант тоже знал…
- Гаффа убрали. Засунули в какую-то дыру похуже этой. Кто-то очень недоволен тем, что Нексусов отставили, - мрачно ответил Брайант. – Ты ничего не хочешь мне рассказать, Декерт?
- У меня была депрессия, - отрезал я. – Останься я в городе – точно сиганул бы с откуда-нибудь.
- Я склонен думать, что ты романтик, - гнул свое Брайант. В окне мелькнула кудрявая головка Рэйчел, она возилась с кустом, который с какого-то перепуга выбросил почки, словно думал зацвести. Я никогда не видел цветущих кустов. Думаю, и она тоже.
- В общем, я подумал… Жара еще будет. Ты слышал о шоу Френдли? Там засели сразу несколько «шкур», копавших под Мерсера и мерсеризм. И я могу дать голову на отсечение, что они – из тех Т-14, которых мы не выловили когда-то. Помнишь, группа в пятьдесят голов?
Я кивнул – еще бы. Холден после той операции купил на премиальные шикарный ховер и самца страуса. Но несколько «анди» так и остались невычисленными, затерялись где-то среди людей. У Т-14 срок был почти равен человеческому, в компании Гроцци репликантам не ставили предохранительный лимит жизни.
- Гафф их вырубил, - рассказывал Брайант. – Как раз перед твоим отъездом. Или, лучше сказать, побегом?
- За это его и убрали, - сказал я.
- За это. Я хотел просить тебя… смотри и слушай. Сдается мне, пропажа Роузен не обошлась без Гроцци, и всплыть они должны где-то тут.
